Княжна

Я конечно же парилась до него, да и как не парится, сидя в компании тётушек и нянюшек. Поливаемая водой заваренной на крапиве со зверобоем, да душицей. Похлестывая себя веничком или расслабленно прикрыв глаза, наслаждаясь массажем.

Зайдя в предбанник и скинув одежду, обернулась в простынь и шагнула в пышущее жаром и паром помещение.

Внутри меня уже ждал мой любимый. На его бёдрах была такая же белая материя. В руках два веника. Улыбаясь немного лукаво, мой муж, посматривал на моё тело, скрытое простыней и отчего-то в его глазах появлялись озорные огоньки.

Плавной походкой, чуть покачивая бедрами подошла и, встав на цыпочки, потянулась к манящими губам. Помня их мягкость и вкус. Как же сладко. Пухлые и невероятно мягкие губы, сминают мои и вырывают из груди стон. Сильные руки, перевитые канатами мышц, сдавливают талию, лаская через промокшую простыню. Мнут податливые груди, пощипывая соски, сминая их ладонями, вызывая сотни мурашек бегущих вдоль по телу до самых кончиков пальцев. Мы забылись в омуте нашей страсти, так же как и простынь и банные принадлежности у наших ног.

— Э-эк их корежит бедненьких!

Подпрыгнув на месте, от чуть поскрипывающего голоса, отстранилась от Ярослава и полуобернувшись, увидела на полке сидящего с веником маленького бородатого мужичка. Холодный пот страха, пробежался вдоль по позвоночнику. Схватив, с пола простынь обмоталась и спряталась за спину своего мужа.

Крякнув, мужичок почесал бородку и, вперив взгляд сердитых глаз, встал на полке в полный рост.

— Что Ярославушка, раз с лешим водишься, значит всех остальных можно не уважать?! Иль ты княжна Вятская забыла устои и традиции наши? Что стоите глазенками лупаете, оскорбили меня туть и хоть не чешись!

Придерживая за руки мужа, чуть вынырнула из-за его спины.

— Не серчай на нас дедушка банник! Забылись мы, да и муж мой не знаком с вашей братией, не знал о вас. Вот и вышло так некрасиво.

— Ишь оно как, про лешего знали, а про меня нет?! Да как жить так? Я значица их тут ждал, а они так. Ну ладно…. Сами напросились, заморю и будет вам!

— Погоди старче, чего это ты разошелся! Не серчай уж на нас, дело то молодое, да и жена у меня вон, какая красавица глаз не оторвать, разве ж можно устоять перед такими прелестями?!

— Красавица не спорю! Но не положено в бане любоваться! Иж чего удумали, на моей территории срам разводить, священное древо и стены посрамлять.

— Ну-ну полно те старче, мы тебя с Мстиславушкой поняли и более такого не повторится да люба моя?

— Да ладо мой — ответила, честно заглядывая в родные глаза.

— Не повторится, оноть, а мне то что делать? Стены то мои посрамили, надоть теперь их омыть, очистить.