Княжна

Со стороны полян полетели стрелы. Но дружина приготовилась, прикрылись щитами. Упорно приближаясь к полянам. Барабаны отбивали дробь. Напряжение нарастало. Воздух казалось сгустился. Приблизились на двести шагов. Начали работать наши лучники. Эти били не в разнобой как поляне, а залпами. Это было моё требование. Барабаны застучали быстрее. Линия моего войска остановилась. Наконец поляне не выдержали. Вернее сначала нурманы Бьёрна и ринулись вперёд, за ними все остальные, толпой. Шеренга, которая шла впереди пушек, разошлась в стороны, давая артиллерии пространство для выстрела.

— Товсь! — Проревел команду Мизгирь. Сто шагов до бежавших на нас полян и нурман. Пятьдесят. — Огонь!

Рявкнули орудия, выбрасывая два столба пламени и дыма. Каменная картечь успела разлететься веером, прорубая целые просеки в набегавших на нас воинах. Грохот стоял чудовищный.

Сразу опять заработали наши лучники. Поляне дрогнули и… многие повернули назад. Побежали. Барабаны застучали, и полки двинулись дальше. Наши нурманы взревели. Пушкари бешено банили стволы орудий, прочищая стволы орудий и начав перезарядку. Нурманы Гуннульва и Сигурта рванули вперед.

Но строй не нарушали."

"Врезались в расстроенные ряды противника как нож в масло. Полк левой руки и правой руки отстали от них совсем немного и вскоре тоже вошли в соприкосновение с противником. Двигались организованно, истребляя всех, кто на них пытался бросаться. Войско полян стало распадаться. Больше половины бросилось бежать к Киеву. В этот момент ударил засадный полк. Мы его ждали. Рявкнула малое орудие, выкашивая всадников как метлой. Зря они так. Глубокий снег не давал кавалерии разогнаться. Плюс орудие.

И две пешие сотни с длинными копьями, решили всё. Большая часть засадного полка полегла. Спаслось бегством меньше трети. На поле шла уже не битва, а бойня, избиение. Лязг железа, крики ярости, вой, стоны. Нурманы Гуннульва и Сигурта рубились с нурманами Бьёрна. В тыл, которым зашли сотни полка правой руки. Это был конец. К вечеру всё было кончено. По полю ходили дружинники и добивали раненых врага. Своих, стаскивали в тыл. Туда, где уже стояли шатры лекарей, которыми командовала ведьма. Пошла работать трофейная команда, собирать все мечи, брони и прочее. Хотя там уже дербанили мёртвых и сами дружинники, и хирдманы-нурманы. Хороший доспех стоил дорого. А кто упустит шанс заполучить хорошую броню? Стоял на коне возле возка княгини. К нам приволокли на аркане Бьёрна, с головой в крови. Оглушили, похоже. Ещё каких-то нурман и полян. Бьёрна, как и остальных полоняников бросили на землю, поставив на колени. Бьёрн не хотел становиться, но его поставили, против его воли, держа за волосы и упираясь в спину ногами.

— Ты конунг? — прохрипел седовласый воин.