Княжна

Чтобы попусту мысли не гоняли и реально могли представить, что с ними будет, если попадут под прицел. Это всё же дисциплинирует многих. Ибо как сказано одним известным американским бандитом: «Добрым словом и пистолетом можно добиться гораздо большего, чем просто одним добрым словом»! Как-то так. Сделал шаг вперед. Левая нога впереди, правая сзади, как упор. Приклад к плечу. Всё поехали… грохнул выстрел, от брони полетели металлические кольца кольчуги, в нагрудной пластине образовалась рваная дыра. Но я уже сменил позицию — опять выстрел, снова смена позиции, ещё выстрел. Делая шаг или два в строну, приседая или наоборот, выпрямляясь, стрелял по распластанным на бревне воинским доспехам. Когда смолк последний восьмой выстрел, опустил ствол карабина вниз. От брони остались только болтающиеся обрывки в месте креплений к столбу. Всё же картечь она и в Африке картечь. Сам столб был испещрен расщепами. А вперемешку с кусками кольчуги и нагрудных пластин на земле валялась и щепа. Посмотрел на Гуннульва. Тот стоял с открытым ртом. Как, впрочем, и многие его сотоварищи и наши кмети. Лица многих, смотревших были бледными.

— Вот как-то так, Гуннульв!

— Ярослав, что это?

— Оружие.

— Это оружие богов? У нас говорят, что при Рагнареке боги будут воевать с огненным и грохочущим оружием.

— Конечно богов, а кого же ещё?

— Кто ты, Ярослав?

— Человек. Разве не видно?

— Но как у тебя оказалось оружие богов?

— О, это очень интересная история приключилась, выиграл я его у Одина с Перуном. — Я хотел просто приколоться на ними и даже сначала не понял, какую хрень сморозил. Во дворе терема установилась гробовая тишина. Все смотрели на меня. И викинги и дружинники и челядинцы. Посмотрел наверх, в сторону окна. Мстислава тоже глядела на меня широко раскрытыми глазами. Бл. а-муха, чего это я сморозил? Что они так все зависли? Твою дивизию, за языком следить нужно, раззява! Но назад уже не сдашь. Придётся врать аборигенам. Не буду же я рассказывать, что купил всё это в магазине по лицензии! — Да как-то вот занесло меня в непонятное место. После одной очень сильной грозы. В мою повозку молния ударила, так, что я сначала ослеп. Когда глаза протёр смотрю, место какое-то непонятное и терем стоит каменный. Ну, думаю, дай зайду, спрошу у хозяев, что за место и как дорогу домой найти? Захожу значит в терем, иду по переходам, никого нет. И тут зашел в большой зал. Там стол и за столом двое сидят. Оба воина, седые. У одного усы длинные серебряные и борода. Рядом с ним шлем с крылышками. А у второго один глаз и пара воронов рядом с ним сидит.

— Один! — Воскликнул Гуннульв с благоговением.

— Перун! — Не менее восторженно проговорил Боян.

— Точно, они оба были. Сначала то я их не признал, но потом смотрю, лица знакомые.