Княжна

* * *Я сидел и смотрел на пергамент. Рядом на краешке постели сидела Мстислава. Смотрела на меня своими голубыми глазами, полностью отдавшись мне, на моё усмотрение. Сейчас всё было в моих руках. Остаться здесь, кем? Князем или уйти? Любил ли я её? Да, она красива. Русые косы, голубые глаза, точёная фигурка. Она смотрела на меня доверчиво, даже с какой-то детской непосредственностью. Чего хотел я? Сам не знаю. Наверное, во мне сидел мой менталитет, менталитет мужчины 21 века. Мне тридцать три, ей семнадцать. У нас огромная разница. Вглядывался ей в глаза и видел только мольбу и… что-то ещё.

Что? Любовь? Безграничную веру? А ведь я стал её мужчиной. Чёрт…Зачем полез на неё? Долгое воздержание? Или что-то ещё? Всё-таки они другие. Я смотрел в её глаза и видел, нет, эта не побежит искать себе двадцатилетнего балбеса, у которого только гормоны в глазах, в ушах и в остальных частях тела. Когда переспали и никакой ответственности. Наплевать. Здесь она, отдавшись мне, поставила рубеж, между прежней жизнью и будущей. Сделала шаг вперёд, из детства во взрослую жизнь. У нас такого уже давно не понимают. Ну что такого, перепихнулись и всё нормально, типа это жизнь и драйв! Цивилизация, продвинутость. Здесь нет. Девственность княжны — это власть, это ответственность, это не просто перепихнулся, за это можно и головенку потерять. А она дала мне в руки да, именно власть. Власть над своим народом. Придя ко мне ночью, она отдалась полностью и душой и телом. Трепетно и с надеждой. А передав этот свиток, доверилась мне многократно. Теперь я решал её судьбу и судьбу её народа. Свиток жёг мне руку. Вот зачем мне это? Почему я, Мстислава? Давай, засранец, делай свой выбор. Ты же не хочешь подчиняться никому из местных князьков. Тогда подчини их себе! Моральное право и право на власть тебе даны. Что решишь?

Я посмотрел на неё, посмотрел ещё раз, в глаза.

— Мстиша, скажи, люб ли я тебе? Или ты отдалась мне только, чтобы не идти за Бронислава второй женой?"

"— Ярослав! Ладо мой. Любый мой. Ты люб сердцу моему. Я хочу принадлежать только тебе, никому больше. Не бросай меня, не отдавай меня. Молю тебя. Бронислав тут не причём, поверь. Я приму любое твоё решение. Любое. Покорюсь ему и сделаю то, что ты мне скажешь. Ты уже решил?

Твою мать! Да конечно решил! Ещё тогда, когда сорвал с тебя ночную рубашку, когда невольно причинил тебе боль, теша свою похоть.

Теперь на вопрос люблю ли я её, мог ответить — да люблю!

Обнял её, прижав к себе.

— Мстиша, я никому тебя не отдам. Запомни это. Я любого загрызу за тебя. И мне плевать, кто это будет, вождь, князь, хан, каган, царь, король или император. Я люблю тебя, чудо моё маленькое. Ты даже ещё не представляешь, какой подарок ты получила в моём лице. Причем подарок этот для всех остальных очень не хороший.