Княжий посол

 – Дальше рассказывай…

Данила противиться не стал, поведал вкратце о своих приключениях, только плавания за море коснулся совсем вскользь: мол, сходили в Булгарию по приказу великого князя, и все.

– А чем закончилась та история с ведуньей, которая одурманила твоих друзей? – неожиданно заинтересовался боярин.

– А ничем. Сбежала она.

– Сбежала, значит?

– Ага.

Данила секунд двадцать выдерживал пристальный взгляд боярина, но потом все же отвел глаза.

– А ведь ты не все мне рассказал, Данила Молодец. – Боярин глянул на Молодцова в упор: – Я ведь знаю, зачем вы в Булгарию ходили. Рассказал мне об этом князь. И о тебе тоже рассказал. Нет, не говори ничего, – остановил он Молодцова, собравшегося оправдываться. – Правильно, что не рассказал. И знаешь, обережник… Иди-ка ты ко мне в гридь!"

"Предложение было… знатное. Щедрое. Гридень князь-воеводы Серегея – это не хуже, чем гридень великого князя. А может, даже и лучше, если судить по броне и оружию.

Однако Данила не колебался:

– Спасибо, боярин, но нет. У меня свои друзья, свое дело.

– Ну как знаешь, – боярин не стал настаивать. – И на вот, возьми, – боярин положил на стол увесистую золотую бляху с выпуклым изображением сокола. – В память о нашем разговоре.

– Спасибо, – искренне ответил Данила, радуясь, понятно, не цене подарка, продавать он его все равно никогда не станет.

– Ступай с Богом.

Когда Данила вышел из комнаты, к нему тут же подскочил Скорохват:

– Ну как?

– А? Что? Не волнуйся, Скорохват, все со мной отлично, и у нас все отлично. – Он обнял рукой друга за шею. – Не волнуйся. Хороший у вас батька, – бросил он стражам у ворот. – Пошли теперь. Воислав, наверное, нас заждался с остальными.

Батька и остальные обережники, разумеется, ждали своих собратьев, но уезжать никуда не торопились, поэтому общим решением было постановлено перенести отъезд на завтра, а пока устроить пир в честь высокой встречи Молодцова. За время застолья никто у Данилы не спросил, о чем он разговаривал с боярином, хотя, учитывая его репутацию и репутацию Молодцова, теории наверняка строили самые разные, но друзья есть друзья, придет время, захочет, побратим сам все расскажет, а нет, значит, и нет.

Злоупотреблять алкоголем никто не стал, и после заката Данила и Улада поднялись к себе, пир сам собой затух.

Будущие муж и жена лежали рядом, неспешно лаская друг друга, спешить им было некуда, до утра еще куча времени.

– Значит, ты поедешь к этому кузнецу? – нежно и грустно спросила Улада.

– Какому кузнецу? – без задней мысли спросил Данила, убирая прядь с девичьей щеки.

– Тому самому, Вакуле.

– А, к нему, ну да, заедем по пути.