Кодекс Крови. Книга I (СИ)

Тот же Басe и вспомнился:

— О, сколько их на полях! Но каждый цветёт по-своему — в этом высший подвиг цветка!

Акиро склонился в поклоне, признав за Светой куртуазность ответа и вновь перевёл своё внимание на принцессу:

— Ваше Императорское Высочество, могу ли я стать счастливейшим из смертных и осмелиться предложить свою компанию для дальнейшего осмотра выставки?

Мария, может, и отказала бы, да только в Японской империи с родовыми регалиями всё было несколько сложнее. Тот же Акира принадлежал к роду Инари, берущему начало от сына одного из императоров, а потому фактически мог считаться кем-то наравне Светлейшего Князя или дальнего члена императорской семьи.

Отказ на пустячную просьбу мог быть воспринят как оскорбление и пренебрежение венценосной семьёй соседней монархии, потому принцесса с достоинством приняла предложение и далее проследовала в компании нипонца.

Выглядело это продвижение красиво, что не говори. Впереди перед парой императорской крови вилась дорожка из цветов сакуры, простирались пруды с цветами лотосов с бамбуковыми лесами по краям.

Теперь всё внимание было приковано к этой необычной паре. Света скромно следовала за ними. Акиро контролировал дар ровно настолько, чтобы девушка шла по тем же красотам, что и они, но сказка растворялась в туман, стоило шлейфу лекарки пересечь границу иллюзии."

"Опасную игру затеял нипонец, столь демонстративно приравнивая дочь лекаря к особам имперской крови. Однако в одном из последних павильонов вся процессия замерла, потрясённая открывшимся зрелищем. Нипонская иллюзия меркла по сравнению с творением неизвестного иллюзиониста.

Посреди пещеры, мерцающей друзами драгоценных камней, срывался с высоты водопад с радужными рыбками. Переливы воды и света наполняли сказочный грот жемчужинами цвета и алмазными брызгами. Звенящую восторженную тишину нарушил лишь плеск воды, когда две полуобнаженные красавицы-русалки резвились в озерце у основания водопада.

Послышались возгласы восторга и отчётливый скрип зубов раздосадованного нипонца.

Русалки нырнули, и в следующее мгновение выплыли с полуобнаженным темноволосым царём подводного мира Тритоном.

Света с удивлением узнала в Тритоне Винограда-Комара. Парень держал в руках ларец, накрытый магическим куполом, под которым всеми цветами радуги переливалась роза. Было в ней что-то притягивающее взгляд.

Тройка сказочных существ направлялась навстречу Марии и Акиро. Но принцесса никогда не снискала бы славу сумасбродки, если бы не её истинный характер бестии. Оставив Акиро в одиночестве, она шагнула на край озера и с удивлением увидела, как подол её платья намокает.