Кодекс Крови. Книга I (СИ)
В прошлой жизни я следовал Кодексу Крови: спасал людей, уничтожал монстров изнанки и оказался на костре инквизиции как кровожадная тварь. В этой – мой род в опале у императора, на меня открыта охота, а я сам – мишень в божественных разборках. Что же, придется всех сильно удивить. Дайте мне всего каплю крови, и охотник с добычей поменяются местами. Я – Михаил Комарин, за моей спиной дух рода и Кровь! И я всё ещё чту Кодекс.
Радость уже то, что он так оперативно выполнил мои просьбы."
"Вспомнив про сказанное Комаро, обратился по кровной связи к Пауку. Коротко переговорив с командиром комаров, отдал приказ не пускать никого к месту повторного прорыва, пока не дам команду. В конце концов, пока я буду числиться пропавшим без вести на мои родовые земли не имеет право никто наложить лапу, даже Министерство обороны. Я же справедливо предполагал, что болото после прорыва Тильды стало бесценным источником родового благосостояния. Напоследок поинтересовался, как обстоят дела у курсантов.
— Подорожница гоняет Медведя. Девушки сколотили коалицию, и парни теперь на воздержании. Зато прорыв хорошо повлиял на мотивацию к тренировкам, — коротко отчитался Паук. — Подорожница ещё о тебе спрашивала. Пришлось ответить, что тебя Министерство забрало на обучение как перспективного печатника. Не поверила, но вопросов больше не задавала.
Да, девочка — не дура, если ещё умеет держать язык за зубами, то можно присмотреть как личного лекаря. Но это сильно на будущее. А пока нужно заняться наследницей Кицунэ, Тэймэй, кажется. Всё равно без её помощи и разрешения Винограда я могу действовать пока только издали.
* * *Хм…очень превратно поняли горничные подготовку Тэймэй к лечению. Девушка благоухала тонким цветочным ароматом и была одета в нечто полупрозрачное белого цвета. Это и бельём-то можно было назвать с натяжкой. С той самой, которая сейчас натянула парусом мои брюки.
Несмотря на свой болезненный вид, азиатка была хорошо сложена, мне она напоминала бамбук, гибкий и стремительный, нежный и смертоносный одновременно.
Тёмные волосы разметались на подушке, с губ то и дело срывались стоны, увы, не удовольствия и страсти, а боли от наркотической ломки. Я-то знаю, что и первое, и второе исправимо, осталось привести Тэймэй в относительную норму.
Выкинув все фривольные мысли из головы, я рассматривал девушку сквозь призму дара. Руки и даже внутренняя поверхность бёдер темнели чёрными кляксами в энергетическом каркасе одарённой. Оттуда расходились прилипчивые жгуты, которые успели присосаться не только к жизненно важным органам, но и к энергетическим средоточиям.
Дело — дрянь. Не удивительно, что лекари не могли помочь. Их энергия просто не задерживалась в девушке, утекая словно сквозь решето. Значит, придётся сначала остановить отток жизненной силы, а уж потом браться за её энергетическое тело.
Тэймэй била крупная дрожь, тело покрылось испариной отчего прозрачная рубашка прилипла к коже и совершенно перестала что-либо скрывать.

















