Кодекс Крови. Книга III (СИ)
В прошлой жизни я следовал Кодексу Крови: спасал людей, уничтожал монстров изнанки и оказался на костре инквизиции как кровожадная тварь. В этой – мой род в опале у императора, на меня открыта охота, а я сам – мишень в божественных разборках. Что же, придется всех сильно удивить. Дайте мне всего каплю крови, и охотник с добычей поменяются местами. Я – Михаил Комарин, за моей спиной дух рода и Кровь! И я всё ещё чту Кодекс.
Они вызывали особый ажиотаж у престарелых жирных богатеев, жаждущих продлить годы удовольствий от жизни.
А я думал, что это востребованный товар только для женщин, похоже, я крупно ошибался.
Посреди залов были отделены портьерные комнаты, внутри которых на кушетках располагались красивые полуобнажённые девушки, одетые в прозрачные драгоценные ткани. Они представлялись хозяевами дворца как жрицы удовольствий, всегда готовые подарить наслаждение гостям.
Вокруг всё наполнялось запахами и звуками: яркие ноты пряных ароматов смешивались с дымом сигар и папирос, гул разговоров сливался с мелодиями барабанов и звоном бубна, газовые ткани распахивались, открывая манящие молодые тела и предлагая их испробовать.
Торговля шла довольно бойко, мелкие лоты с ценой до полумиллиона рублей уходили с молотка с завидной регулярностью, разжигая азарт. В перерывах мужчины развлекались и получали все доступные виды удовольствий. Кто-то стонал под умелыми губами наложниц, кто-то курил опиум и добивался эйфории энергией из макров. Были даже такие, кто позволял себя кусать неведомым тварям с нулевого уровня изнанки.
Чтобы не сильно выбиваться из общего числа, мы с Агафьей тоже пару раз уединились в тёмных нишах, сбрасывая напряжение. Результат получился интересный, я позволил себя укусить и дал выпить собственной крови, отчего мне перепал весьма бурный оргазм сродни тем, что я ощущал в мире иллюзий Тэймэй. Агафье же предложил вернуть сторицей те ласки, которыми она одаривала накануне азиатку, но пока получил неуверенный отказ:
— Возможно, но не так и не сегодня, не смешивай работу и удовольствие.
Чем больше публика распалялась, тем щедрее становилась. Цены взлетали до миллиона и выше, и вот, наконец, с первыми лучами рассвета к нам вышли хозяева Дербента. Пара мужчин в красном и зелёном костюмах, символизирующих цвета мака и марены, вышли на возвышение и, усилив магией голос, обратились к изрядно разогретой толпе:
— Мы рады приветствовать дорогих гостей в своём доме! Надеюсь, вам понравился оказанный приём?
По залу пронёсся одобрительный гул, пьяные выкрики и даже беспардонный свист.
— Сегодня же для вас мы подготовили ещё два уникальных аукциона, — в зале установилась тишина, все прислушивались к словам этого умелого дуэта ораторов. Первый лот — это чистокровный арабский скакун трёхлетка с конюшен самого светлейшего Шахиншаха Мозафериддина Гепардеви. Чёрный, как южная ночь, красавец необъезжен и ждёт своего единственного хозяина.

















