Кодекс Крови. Книга III (СИ)

Вокруг был каменный мешок размерами три на три метра с такими же гладкими стенами, как были на втором оборонительном рубеже. У одной из стен туман формировал нечто, отдалённо напоминающее человеческую фигуру в балахоне.

— Отрекись от ложного бога! Прими наследие Винограда! Род заждался нового главу! — призрак, или чем он там был, летал вокруг меня, нашёптывая, уговаривая, пытаясь зародить сомнения в моей душе. — Лишь достойный обретёт силу и мощь, накопленные за тысячелетия существования рода и сокрытые в алтаре! Стань им!

— Да не нужна мне ваша сила, — отмахнулся я от призрака, — своя есть! Правда, дюжиной печатей скована, но есть.

— Как это не нужна? — опешил балахон и даже перестал кружить по каменному колодцу, — а зачем ты тогда сюда явился?

— Вот, хороший вопрос! — похвалил я, — мне нужно, чтобы алтарь указал, где искать следующего главу рода!

— Так он на тебя укажет, придурок! — рявкнул призрак, потеряв весь налёт таинственности и аристократизма. — Ты первый за две сотни лет подходящий потомок для активации алтаря, и того уже к рукам прибрал какой-то… — привидение скептически окинуло меня взглядом и будто выплюнуло, — Комар.

— Давайте-ка по порядку, — попытался я воззвать к здравому смыслу хранителя алтаря, — понимаю, ситуация нетипичная, но я хочу помочь вашему роду! У меня договорённость с вашим богом.

— Рассказывай больше! Этот куст про нас последний раз пару сотен лет назад вспоминал, а тут прямо-таки и взялся искать главу рода. Как же!

Похоже, кто-то при жизни был сильно зол на своего бога, а уж после смерти, и подавно.

— Прошу прощения, уважаемый, а вы кто? — полюбопытствовал личностью собеседника.

— Дмитрий Алексеевич, тринадцатый князь Виноградов и хранитель родового алтаря! Честь имею! — призрак склонил голову вежливо, обозначив поклон.

— Михаил Юрьевич, первый граф Комарин, — отрекомендовался я в той же манере, что и князь. — К Виноградовым отношусь по матушке, Марии Васильевне. За старания в возрождении рода был награждён родовым даром.

— У Виноградовых совсем всё плохо стало, раз бог родовые дары кому-попало раздаёт… — пробормотал князь, наконец, заметив у меня в ухе серьгу. — Не врёт ведь паршивец, и правда, общается.

Призрак ушёл глубоко в себя, о чём-то размышляя. Я его не торопил. Здесь давление практически не ощущалось, поэтому ожидание было даже приятным. Понять бы ещё, что это за место такое.

— Какая ситуация в роду? Сколько высокоранговых магов? Сколько с родовыми дарами? Что с финансами и скольким ветвям рода принадлежат земли с виноградниками? — князь пришёл в себя резко и выдал серию животрепещущих вопросов.

— Род в упадке, основная ветвь, извините, похерена.