Кодекс Крови. Книга III (СИ)
В прошлой жизни я следовал Кодексу Крови: спасал людей, уничтожал монстров изнанки и оказался на костре инквизиции как кровожадная тварь. В этой – мой род в опале у императора, на меня открыта охота, а я сам – мишень в божественных разборках. Что же, придется всех сильно удивить. Дайте мне всего каплю крови, и охотник с добычей поменяются местами. Я – Михаил Комарин, за моей спиной дух рода и Кровь! И я всё ещё чту Кодекс.
Это не император, здесь глубокомысленным молчанием отделаться не выйдет. Понимать бы ещё, чем вызван сей непраздный интерес.
— Её Императорское Высочество Мария Петровна — красивая, благородная девушка, иногда весьма импульсивная как для наследницы престола, но её поступки продиктованы лучшими побуждениями, — максимально обтекаемо ответил на вопрос Александра. — Я всегда останусь перед ней в неоплатном долгу за спасение детей в Малых Трясинках, к тому же, принцесса — лучшая подруга моей невесты.
Принц, как мне показалось, смутился, но взял себя в руки:
— Мария проявляет к вам весьма недвусмысленный интерес.
"Пока принц расписывал мне все преимущества от будущего союза, я просто-таки чувствовал, как удавка всё туже затягивается на моём горле. Переход от свидетельствования в деле двоедушничества к неофициальным смотринам был слишком явным. Возможно, это не должно было выглядеть как угроза в случае отказа, но выглядело именно так. Хочешь жить? Женись! И не на ком-то там, а на принцессе. Охренеть перспектива. Так и хотелось спросить: «А папа-император вообще в курсе, чем у него детишки занимаются?» На кой ему вообще зять-вассал?
— Александр Петрович, позволю себе уточнить, вы у меня сейчас как у аристократа или как у мужчины спрашиваете? — я почувствовал себя ужом на сковороде, которому нужно очень постараться извиться, чтобы не покрыться золотистой корочкой.
— А ответы будут разниться? — заинтересованно приподнял одну бровь наследник престола.
— Будут.
— Тогда хочу услышать обе версии и надеюсь на максимально честный ответ, ибо сейчас в семье мнения разделились на этот счёт.
Я присвистнул. Машенька, однако, хуже бульдога. Что ж она так в меня вцепилась-то? Александр, напротив, оказался слишком честным и открытым, неудивительно, что Крысин с лёгкостью обвёл его вокруг пальца на заседании комиссии при Канцелярии Императора. Не тому власть пророчат… не тому.

















