Кодекс Крови. Книга ХIV

— А то у нас бунт назревает с вероятной резнёй, хотелось бы избежать».

«Сашарский бунт бессмысленный и беспощадный, — хмыкнула она в ответ. — Попрошу Райо, пусть устроит мне путешествие. Но имей в виду, твоего обещания это не отменяет».

«Как скажет моя богиня», — мурлыкающим голосом отозвался я.

«Паяц!» — немедленно последовал ответ.

— Информацию проверим сегодня же, — пообещал я Софье, — и спасибо за работу.

Пока Крысин отправился на выход, бывшая принцесса последовала за ним, но уже на пороге кабинета обернулась и неуверенно спросила:

— Если вам требуется помощь в изучении японского, я могу. Всё же за столько лет выучила почти досконально.

Я как-то даже не подумал, что Софья может оказаться исключительно полезной в этом вопросе с учётом веков проживания в Стране Восходящего Солнца. Да и принцип перепроверки исходных данных ещё никому никогда не вредил.

— Буду благодарен, если поможете с переводом некоторых иероглифов.

— Сколько исходных?

— Не больше двух десятков, — поделился я своей проблемой.

— Я не про иероглифы, — с пониманием улыбнулась Софья, — я про вариации последовательностей этих иероглифов.

— Больше сотни.

— Что ж придётся попотеть, — хмыкнула магичка жизни, — да и полезно будет переключиться на другую задачу. А то с нашей спящей красавицей мы уже весь мозг сломали.

* * *Разведшкола комаров близ Малых Трясинок

— Прикрой меня!

Мирослава Полозова вот-вот должна была завершить обучение в разведшколе сюзерена. Три месяца усиленных тренировок и теории в стенах школы и ещё столько же практики в самых разных географических локациях не прошли зря. Девушка как никогда чувствовала себя уверенно и готовилась вместе с братом основать агентство для охраны клановых предприятий.

События полугодичной давности, когда она сидела в тюрьме в Дербенте, готовясь стать живым товаром в уплату карточных долгов отца, сейчас казались страшным сном. Сон этот имел ещё и привкус лёгкого разочарования. Как и всякая аристократка своего времени, Мирослава хотела бы удачно выйти замуж. Одно время думалось, что судьба наградила её за терпение и храбрость в плену ни много, ни мало, а целым принцем из правящей династии Ирана и Аравии Гепардеви. Девушка вела себя так, как учила её баронесса Комарина, более опытная в подобных делах, но, похоже, только оттолкнула принца. Ведь оборот девушки в пардуса случился уже достаточно давно, а Абдул-Азиз так и не начал за ней ухаживать.

Частенько Мирослава пеняла самой себе, что необходимо было быть более покладистой, а не проявлять столь популярную нынче эмансипированность. Однако и излишне терзаться оборотница себе не позволяла. На иранском принце жизнь не заканчивалась. Какие её годы.