Кодекс Крови. Книга ХIV

От лица мэрии Лиможа вам так же будет выписана благодарность, и предоставлен скромный памятный дар! Честь имею!

У Жерома было такое выражение лица, будто ему только что аннулировали смертный приговор. Возможно, так оно и обстояло на самом деле. Ведь Шен дю Лимузен выступил против своей страны, выполняя кровную клятву и защищая нас.

— Что будем делать? — осторожно спросил он у меня, не спеша отзывать дендроидов с границы собственных земель. Вероятно, переживал, что выступление Шарля могло оказаться хитростью.

— Ждать посла Российской империи, он обещал вскоре прибыть, — озвучил я собственное предложение. — Ну и армию свою рекомендовал бы не отзывать до поры до времени. На случай разбирательств, показания я дам, нам бы ещё представителя республики для законности…

— Шарль, — окликнул Жером офицера, — сюда должен прибыть посол Российской империи, граф готов дать показания в его присутствии. Засвидетельствуешь?

— Зачем? — удивился огневик. — Инцидент ведь исчерпан."

"— Месье Шарль, я такой же военный, как и вы, — решил я проявить отраслевую солидарность, — когда все разъедутся, вас заставят написать тонну отчётов. И лучше бы вам иметь, что к ним приколоть в качестве свидетельских материалов.

— Месье Михаэль знает толк в бюрократической волоките, — криво улыбнулся офицер и протянул руку для рукопожатия, — благодарю.

— У месье Михаэля родовые земли в аномальной зоне, — чуть добавил я откровенности в разговор, — в самый дерьмовый месяц у нас было до тридцати прорывов изнанки, и по каждому из них я сдавал отчёт в Министерство обороны.

— Месье знает толк в извращениях! — присвистнул Шарль.

— Нет, это бюрократия знает толк в пытках, — отшутился я, и мы вместе рассмеялись.

* * *Посол прибыл лишь к вечеру, что с учётом отсутствия свитков телепортации было ещё очень и очень оперативно. Им оказался невысокий кряжистый мужчина с окладистой седой бородой и волосами, собранными в хвост. Смотрел он на нас оценивающе, отмечая каждую деталь, и напоминал скорее разведчика, чем дипломата.

Нас с Ольгой и Лимузенов опросили под артефакт лжи в присутствии огневика Шарля и Жакова Василия Степановича. Всё время беседы артефакт сиял девственной белизной, что не могло не порадовать всех собравшихся.

Для Лимузенов вопрос и вовсе был шкурным, они не видели ничего, но при этом были в курсе, что часть дубравы уничтожила явно не тварь из прорыва… хотя, если подумать, парные существа-подарки президента вполне подходили под это определение.

Опрос завершился церемониальным вручением Шарлем благодарственного письма и какой-то памятной безделицы в мешочке, которые я даже в руки брать не стал во избежание неприятностей.