Кодекс Крови. Книга VII (СИ)

После этих слов в столовой повисла напряжённая тишина.

— В составе русской делегации, я надеюсь? — осторожно уточнила Светлана, откладывая столовые приборы в сторону. У неё вдруг резко пропал аппетит.

— Нет, как личные гости.

— Это плохо! Это провокация! — одновременно произнесли Света и Тэймэй, а Махмуд кивал головой, подтверждая их слова.

— Во-первых, вас сталкивают лбами с императорской семьёй. Видимо, просочились слухи о недавнем инциденте между принцессой и Кираной, — анализировала Подорожникова ситуацию исходя из своего придворного опыта. — А, во-вторых, меры безопасности в отношении личных гостей предпринимает принимающая сторона, так же как и обеспечивает их местом проживания. Кроме того, дипломатический иммунитет на частных лиц не распространяется. А это в контексте ваших претензий к двум датским родам — прямой путь к многочисленным провокациям. Чем таким он тебя взял?

— Закрытие вопросов по вирам с Исбьернами и Блаваленами.

— Весомо, — протянула Тэймэй, попивая воду с лимонным соком. Она спасала иллюзионистку от приступов токсикоза. — Теперь если вы не прибудете, то это будет восприниматься как отказ от собственных претензий, ведь, по сути, оба обидчика из этих родов мертвы.

— Именно, — подтвердил я. — А это уже потеря лица.

— Ну конечно, лучше залезть в пасть к крокодилу, лишь бы не потерять уважение толпы снобов, за большинством из которых топор или прорыв изнанки плачет, — спокойно отозвалась Тильда, орудуя столовым ножом и ровным слоем нанося масло на хлеб. — Тебе земли мало? Или денег?

Махмуд при этих словах заинтересовано покосился на эргу, не понимая какого толка отношения нас связывают, если я позволяю ей так высказываться.

— Всего мне хватает, — отмахнулся я. — Но если я когда-то отойду от дел, то ей, — я указал в сторону Кираны, — здесь ещё жить с этим сбродом по их правилам.

Теперь на мне скрестилось уже гораздо больше взглядов, но лишь эрги смотрели на меня с пониманием, остальные с недоумением.

У Тэймэй и Светы хватило такта не задавать при всех очевидного вопроса, а вот Кирана оказалась не столь выдержана:"

"— Если ты собираешься уйти, — она выделила это слово особо, — то будь добр забрать и меня из этого серпентария. Я здесь одна со всем этим разбираться не собираюсь!

Мы обменялись с сестрой взглядами, причем я действительно только сейчас понял, что воспринимаю Кирану не как сестру Михаила, а как близкого лично мне человека. Со своим прошлым, жизненным опытом и даже несколько схожим детством. С разницей лишь в том, что она попала на воспитание к Нарве, а я в Цитадель.

— Я тебя не брошу, — раздельно с паузами произнёс, глядя ей в глаза. Пусть слово «клянусь» не было произнесено, но он и не требовалось.

— Я тебя тоже.