Кодекс Крови. Книга VII (СИ)

Там-то я и прижал её к стене, закрывая ладонью рот.

И не успел я промолвить хоть слово, как на меня обрушился шквал такой силы, что пришлось невольно открыть рот, чтобы вдохнуть. В нос ударил умопомрачительный запах секса, похоти, греха и наслаждения. Я буквально чувствовал, что, если в течение минуты не овладею незнакомкой, меня разорвёт от возбуждения.

Я резко развернул девицу к себе и впился в её губы. Сумасшествие только усилилось. Такое упругое податливое тело, жаркие губы, глаза, словно омутом затягивающие на глубину… Всё в ней манило, требовало, просило, умоляло обладать.

— Забирайте, — словно сквозь туман послышался её голос.

Чьи-то руки сомкнулись на моем горле, надевая ошейник. Щелчок на замке набатом ударил по ушам, отрезвляя. Меня отрезали от магии крови. Так вот какой ты, магический блокиратор.

Вокруг стояла пятёрка рослых скандинавов с оружием, а девица вжалась в стену дома, глядя на меня огромными испуганными глазами, полными ужаса и слёз. Занятное сочетание, но сейчас было не до него. Туман рассеивался, наваждение проходило, оставляя внутри сосущее чувство неудовлетворенности и горечи, и чтобы хоть как-то его заглушить, я решил дать волю злости.

— Меня можно отрезать от магии тела, — кровожадно улыбнулся пятёрке будущих смертников, — но от возможностей души хрен вы меня отрежете.

И я снова обернулся эргом. Ошейник-блокиратор с тихим стуком ударился о камни мостовой. Когда вместо испуганного бессильного раба против тебя выступает змеюка размером чуть больше десяти метров с эфемерными когтями и ядом, капающим с клыков, у людей сразу резко меняются приоритеты. Вот и всей пятёрке сильно захотелось сменить ремесло и жить долго и счастливо. Но не тут-то было.

В меня полетели заклинания из всевозможных артефактов, но ни одно не причинило вреда. Судя по щекотке от их попаданий, я сейчас был где-то на уровне Тильды, впервые пожаловавшей ко мне в гости в этот мир. А это давало нереальную фору. Мне следовало только не дать разбежаться своим пленителям. Трое бандитов уже лежали придушенными без сознания вдоль облупившейся стены дома, остальные ещё вяло пытались огрызаться автоматными очередями и магией воды, но как-то уже без огонька, а скорее обречённо.

Вскоре они лежали рядом со своими товарищами. Убивать их я не решился, ещё необходимо было узнать, кто и зачем меня заказал этой банде. А начинать следовало с девицы-эмпатки, под шумок попытавшейся скрыться из переулка во время драки и тихо ойкнувшей, когда я обернул её тело змеиными кольцами, не давая пошевелиться.

Девица от испуга ударила такой волной эротизма, что у бессознательных бандитов штаны в нужных местах забугрились, но мне в змеином теле было на это глубоко безразлично. Сущность эрга нравилась мне всё больше и больше.