Убежище

– Что ж, – в конце концов, нарушила молчание Ванесса, стараясь разрядить обстановку, – если так продолжится, мы без проблем подружимся.

Гэбриэл засмеялся, Кай улыбнулся, а я нахмурилась.

Почему он улыбался?

Почему он вообще до сих пор был здесь? Что у Кая на уме? Он на ней не женится, ради всего святого, зачем же тогда пытаться наладить контакт?

– Мне нужно на свежий воздух, – сказала девушка. – Не составишь компанию?

Кай слегка повернул голову, будто собирался посмотреть на меня, но затем, остановившись, кивнул.

– С удовольствием.

Ванесса улыбнулась шире, продемонстрировав ровные зубы, и направилась к дверям патио.

– Не сопровождай нас, – шутливо заявила она Хэнсону, который двинулся следом. – Третий лишний нам ни к чему.

Я сердито сверлила ее затылок взглядом, пока они не скрылись из виду. Учитывая огромную территорию парка, эти двое могли гулять целый час – достаточно, чтобы Ванесса полностью очаровала Кая.

– Иди проверь готовность ужина.

Обернувшись, я посмотрела Гэбриэлу прямо в глаза. Теперь мне придется подавать ужин мужчине, с которым я спала, и его невесте. Фантастика.

Я вылетела из кабинета и захлопнула за собой дверь, прекрасно понимая, что отец заметил мою злость. Но ему было все равно, он знал – я выполню свой долг, сколько бы ни бесилась и ни возмущалась.

Снаружи заскулил пес. Может, на него напала другая собака, или его наказал дрессировщик. Спустя полминуты еще один душераздирающе взвыл, словно о чем-то умолял – не знаю, о чем, но я вошла на кухню с желанием к нему присоединиться. Мне хотелось выть, кричать и размахивать кулаками до тех пор, пока меня не выпустят отсюда или пока кто-нибудь не положит конец моим страданиям.

– Эй! – увидев меня, Марина взмахнула руками, которые только что мыла в раковине. Ее глаза, светящиеся счастьем, опустились к моей одежде. – Ты отлично выглядишь. Когда это случилось?

Полагаю, она имела в виду мое «перевоплощение», только я была не в настроении его обсуждать. Заметив на разделочной доске стейки, подошла, взяла большой нож и начала резать.

– Эти стейки…

Марина умолкла, наблюдая за тем, как острое лезвие легко рассекало мясо, словно масло, сначала на полоски, потом на небольшие прямоугольные кусочки.

– Это стейки для ужина, – повторила она, торопливо приблизившись к «островку». – Бэнкс, что ты делаешь?

Я посмотрела на нее, чувствуя, как учащается мой пульс, и улыбнулась, не размыкая губ. Женщина отстранилась и сощурилась.

Наверное, она уже забыла, когда я улыбалась ей в последний раз.

Закончив, я достала из шкафчика глубокую миску, сбросила туда кусочки и направилась к черному ходу.

Для меня это хорошо не кончится, но, боже, как же приятно было. И я не могла остановиться.