Убежище

Подумаешь, не открыл отель поблизости от родного дома, имея все возможности. И все же его семья казалась мне странной.

Я посмотрел на Майкла, утомленно качая головой. Мой мозг совершенно отказывался работать.

Внезапно парень застыл. Не мигая, он уставился в пустоту перед собой, о чем-то напряженно думая.

Затем он чертыхнулся и молниеносно достал из кармана сотовый.

– Нет, нет, нет…

Я подошел ближе. Какого черта?

Тяжело дыша, мой друг набрал номер и поднес трубку к уху.

– Рика…

– В чем дело? – рявкнул я.

Однако он лишь указал на меня пальцем, двинувшись к двери.

– В машину!

– Что?

Майкл рванул с места. Мне тоже пришлось пуститься в бег, чтобы его догнать. Мы вылетели через служебный вход. Я не стал возражать и пытаться его остановить. Майкл никогда не терял самообладания, а если и выходил из себя, то по уважительным причинам. Парень запрыгнул в свой «ровер». Миновав свою машину, припаркованную рядом, я сел на пассажирское сиденье.

Прежде чем успел захлопнуть дверь, Майкл переключился на заднюю передачу и ударил по газам, отчего меня откинуло назад. Я уперся в приборную панель.

Он погнал по аллее, резко развернул машину, дернул рычаг вперед и помчался по городским улицам к мосту.

– Робсон! – заорал Майкл тому, кто наконец ответил на другом конце линии. – Кому принадлежал «Делькур» до нас?

«Делькур»? Что…

С явной тревогой на лице он слушал мужчину.

– Я в курсе, что он часто менял хозяев, – крикнул мой друг. – Но здание возвели в тридцатых годах. Кто руководил строительством?

Нет, нет, нет… Он ведь не думал, что…

«Делькур», квартирный комплекс, принадлежавший семье Кристов, являлся украшением этого черного города. Искусно спроектированная высотка, с таинственной и чарующей архитектурой, откуда открывались лучшие виды.

Он вполне мог быть отелем в прошлом. Там был даже бальный зал.

Боже правый.

На бешеной скорости маневрируя между другими транспортными средствами, Майкл опустил мобильник и снова начал набирать чей-то номер.

– Детка, ну же, ну же, – молил он, снова поднеся телефон к уху. – Давай. Ответь.

– «Делькур»? – воскликнул я, повернувшись к другу. – Твою мать, ты меня разыгрываешь?

– Все это время мы не знали… – сдавленно произнес Майкл, с такой силой сжимая руль, что костяшки его пальцев побелели. – Торренсы продали «Делькур» в восьмидесятых и построили новый отель в Уайтхолле, чтобы нажиться на открытии стадиона.

– «Делькур» – это первый «Понтифик»?

Опустив сотовый, парень вновь набрал номер.

– Проклятье, Рика!

Мы пересекли мост, пронеслись по складскому району и свернули на Паркер Авеню.

– Ты знал? – выдохнул я. – Знал, что здание принадлежало им? Что на каком-то этапе это был их отель?

– Нет, не знал! – прорычал он.