Когда зацветают подснежники

А куда прикажете лезть?

Черт присел на корточки и только тогда разглядел, что этак сажени на полторы ниже края колодца начинается какой-то ход в сторону. Да и ходом эту щель не назовешь, скорее лаз, наподобие тех, что ведут в медвежью берлогу. В общем, пешком не пройдешь, только на животе.

Черт пополз, и стенка за ним сразу же захлопнулась.

Не самое приятное ощущение — словно заживо в могиле. Ни света, ни звука. Хотя свет откуда-то все-таки пробивается. Звериная пещера несколько расширилась, и Богомолов решил уже встать на четвереньки, поднял голову и замер — из полумрака на него смотрели два настороженных глаза.

«Ужели хозяин не предупредил?..» Эта мысль сразу же сменилась другой, беспокойной: а что, если они работают с револьверами в кармане?

Конечно, печатник прав, чужой проник в лаз — значит, наверху все или арестованы, или…

Богомолов инстинктивно, не думая, прохрипел пароль. Человек в пещере не ответил. Может быть, ему этот пароль неизвестен, ведь им пользуется только хозяин магазина."

"Да нет…

— Зачем пугаешь людей, кацо? И кто тебя сюда пустил?

Ну конечно же, это Сандро. О нем рассказывал Мирон.

Богомолов наконец выпрямился, уперся макушкой в низкий сводчатый потолок и шумно вздохнул.

— Ты что, хочешь, чтобы свеча совсем погасла? Твои легкие не для этого дворца.

И действительно, огонь свечи стал спадать, шлейф копоти расползался шире.

Богомолов хотел сделать шаг навстречу наборщику, но больно ударился коленом. В этом мигающем полусвете он не рассчитал расстояния.

— Здесь можно только стоять. Здесь нельзя ходить…

Сандро, не двигаясь с места, протянул руку. Богомолов подал свою. В другой руке наборщик держал увесистый гаечный ключ… Да, он мог бы поприветствовать незваного гостя и с другой руки.

Когда глаза несколько попривыкли к полусвету, Черт огляделся.

Земляной склеп. В земляную стену вдавлена наборная касса. Почти всю ширину занимает «американка».

И нечем дышать. Нельзя двигаться, нельзя распрямиться.

Да, это сейчас настоящее, без всяких там переносных смыслов, подполье.

— Давай выйдем. Ты слишком много дышишь. Весь кислород забрал.

Сандро говорил отрывисто, с трудом. Умирающая свеча все же давала достаточно света, чтобы Черт разглядел зеленый овал лица наборщика, его налившиеся кровью глаза навыкате, полуоткрытый рот.

Наверху они долго не могли отдышаться.

Что может быть хуже неизвестности и ожидания? И единственным развлечением за весь день — пятнадцать минут прогулки по кругу тюремного двора. Потом снова ожидание. Снова неизвестность.

А за высокой стеной буйная украинская осень. Разгулявшийся ветер занес откуда-то первые желтые листья. Они кружат над тюремным замком. Они радуются, когда ветер уносит их прочь от этого мрачного места.