Колечко с бирюзой

А мальчики растут и не догадываются, что их отец, возможно, жив-здоров и даже не подозревает о существовании двух сыновей, которые с каждым днем все сильнее походят на него, Игоря Карташова, ее первую и последнюю любовь…

Тут уж ничего не скроешь, да и что особенно скрывать, если Нина Ивановна, увидев их впервые в двухмесячном возрасте (бросила ведь свой драгоценный госпиталь, взяла отпуск и приехала за тридевять земель в Ленинград, чтобы поглядеть на ее малышей), только покачала головой:

— Без экспертизы ясно, кто тут папаша! Эх, Наталья! Знать бы, что ты от этого подлеца беременна, непременно все ему высказала бы! — Нина Ивановна осеклась было, но посмотрела на насторожившуюся Наташу и, поджав сердито губы, решила продолжать: — Заходил он к нам в госпиталь где-то в ноябре.

Извинялся за скандал, который перед выпиской учинил. Долго с Лацкартом и Герасимовым разговаривал, мне цветы и коробку конфет подарил. Вид у него нехороший был, усталый… Думала, спросит про тебя, расскажу все, как есть! Но нет, ни словечком ни обмолвился. Сказал, что в дальнюю командировку уезжает и его долго во Владивостоке не будет. Да, — спохватилась она, — ему к тому времени уже звание капитан-лейтенанта дали… — Она с тревогой посмотрела на побледневшую Наташу. — Что с тобой, девочка? Неужто до сих пор по нему сохнешь? Да не стоит он того!"

"Конечно, если бы не помощь семейства Разумови-чей и самой Нины Ивановны, с двумя детьми на руках ей не только не удалось бы закончить институт, но элементарно выжить одной в чужом городе, без угла, без профессии, в конце концов без обыкновенной защиты.

Наташа вспомнила, в какое представление превращался каждый приезд в мединститут Евгении Михайловны с двумя орущими младенцами на руках для очередного их кормления. Молодая мать стала местной достопримечательностью, и продолжалась эта эпопея до декабря, пока близнецам не исполнилось по полгода.

С не меньшей торжественностью обставлялись прогулки в сквере, куда Белла и Клара выкатывали громоздкую двухместную коляску, из-за которой едва виднелись их фетровые шляпки с большими атласными бантами и вуальками.

Проработав всю жизнь врачами-педиатрами, но так и не сумев завести собственных детей, старушки весь свой энтузиазм, всю свою любовь направили на маленьких Егорку и Петьку. Благодаря им, Наташа не знала, что такое детские болезни, ночное недосыпание и вечно мокрые пеленки. Воспитание, кормление и уход за младенцами осуществлялись по одним, вероятно только Кларе и Белле ведомым методикам. Близнецы росли на радость всем крепкими, здоровыми, очень подвижными и жизнерадостными мальчишками.