Колечко с бирюзой
Р–РёР·нь дала трещину, когда Наташа увидела Р
"
"Не помня себя от ужаса, Наташа выскочила на дорогу и почти упала на капот старенькой «Волги», напугав до полусмерти пожилого водителя.
— Я подумал, что на вас кто-то напал, — объяснил пенсионер свой испуг. Они с трудом погрузили бесчувственное тело молодого человека на заднее сиденье автомобиля, а сама Наташа устроилась рядом с водителем.
В приемном покое Витальку тут же уложили на каталку и увезли на обследование. Примерно через час в приемный покой спустился моложавый травматолог с поредевшей, но еще пушистой шевелюрой.
— Кто здесь ожидает вестей о молодом дьяке Крякутном? — Веселый, слегка прищуренный взгляд остановился на Наташе.
— Что с ним? — Наташа бросилась к врачу, не обращая внимания на скривившуюся физиономию фельдшерицы из приемного отделения. И правда, вид у нее был неприглядный! Босиком, в залитых кровью юбке и майке, с замурзанным лицом и растрепанными волосами, она сама сильно смахивала на жертву какого-нибудь маньяка, но у врача ее внешний вид вызвал лишь легкую усмешку.
— Похоже, вам тоже досталось? Мальчик попробовал изобразить вертолет, но, слава Богу, отделался лишь слабым сотрясением мозга.
— Как насчет внутренних органов? Ушибы, разрывы?..
— С этим все в порядке, — удивленно протянул травматолог, — вы, кажется, неплохо разбираетесь в медицине? То-то я смотрю, повязка профессионально наложена… Медсестрой работаете?
— Нет, я врач, — ответила Наташа сухо и добавила, — кардиохирург.
— Интересненько, — доктор более внимательно всмотрелся в нее.
— Отдыхаю, — коротко ответила Наташа и посмотрела на доктора. — Вы позволите пройти в палату?
— Не позволю, — с готовностью ответил он. — Теперь парень до утра будет спать, да и вам, думаю, следует отправиться домой. Отдохните, успокойтесь, а завтра, так уж и быть, разрешу свидеться с вашим юным альбатросом. Кстати, кто он вам?
— Сосед, — ответила Наташа, почувствовав, как вдруг сжалось ее сердце. Альбатросом когда-то называли Игоря Лацкарт и Герасимов.
Пожилая фельдшерица без прежнего недовольства взглянула на нее и проворчала из своего угла:
— Геннадий Николаевич, как же ей по такой темноте да еще босиком до дому добираться?
Только теперь Наташа осознала, насколько дико и нелепо выглядит в своей ужасающей одежке, и растерянно посмотрела на своего холеного собеседника.
— Марусенька, дорогая, думаю, за двадцать минут меня здесь не потеряют? — обратился он к фельдшерице. — Я быстро, туда и обратно, отвезу коллегу до дома и вернусь.

















