Колесо Времени. Книги 1-14

Понукаемые брюзжанием первого стражника, эти двое, шаркая ногами, прокрутили ворот, поднявший тяжелый толстый засов, что лежал поперек ворот, а затем стали вращать ручку, чтобы открыть створки. Быстро защелкал храповый механизм, но хорошо смазанные створки дрогнули, и ворота беззвучно двинулись наружу. Не успели они открыться и на четверть, как из темноты раздался холодный голос:

— Что происходит? Разве приказ не гласил, чтобы эти ворота были закрыты до восхода солнца?

В полосу света, льющегося из двери караульной, шагнули пятеро мужчин в белых плащах.

Их лица скрывались под надвинутыми капюшонами, но руки каждого покоились на мечах, а золотые солнца на левой стороне груди не оставляли никаких сомнений в том, кто они такие. Мэт что-то пробурчал. Стражники прекратили крутить ручку и встревоженно переглянулись.

— Это вовсе не ваше дело! — запальчиво сказал первый стражник. Пять белых капюшонов повернулись в его сторону, и он закончил менее решительным голосом: — У Детей Света здесь нет власти. Губернатор...

— У Детей Света, — тихо произнес мужчина в белом плаще, тот, что говорил раньше, — есть власть везде, где люди ходят в Свете.

Лишь там, где господствует Тень Темного, чинят препятствия Чадам Света и не признают их, да?

Его капюшон качнулся от стражника в сторону Лана, и Белоплащник вновь окинул Стража долгим настороженным взглядом.

Страж не пошевелился; в действительности он, казалось, чувствовал себя совершенно непринужденно. Но немногие осмеливались смотреть на Детей столь бестрепетно. С точно таким же каменным лицом Лан мог смотреть и на чистильщика сапог. Когда Белоплащник заговорил опять, голос его источал подозрительность.

— Что за люди хотят выйти за городские стены на ночь глядя в такие неспокойные времена? Когда волки рыщут во мраке и когда творение рук Темного видели пролетающим над городом? — Он заметил плетеную кожаную ленту, пересекавшую лоб Лана и удерживающую его длинные волосы. — Северянин, да?

Ранд съежился в седле. Драгкар. Наверняка это он, если только мужчина не называет то, чего понять не в силах, творением рук Темного. После Исчезающего в «Олене и Льве» можно было ожидать и Драгкара, но в этот момент юноша вряд ли был способен думать о нем.

Голос Белоплащника показался Ранду знакомым.

— Путники, — невозмутимо отвечал Лан. — Которые не интересуются вами и которые не интересуют вас.

— Детей Света интересуют все.

Лан едва заметно покачал головой.

— Вы и в самом деле хотите еще неприятностей от губернатора? Он ограничил ваше присутствие в городе, за вами даже следят. Как он поступит, когда его известят, что вы понапрасну тревожили честных граждан у ворот его города? — Лан повернулся к стражникам.