Колесо Времени. Книги 1-14

Отрёкшийся требовал, чтобы Дракон вышел с ним на поединок.

Мэт ещё раз рассмотрел его в зрительную трубу.

— Значит, это и есть Демандред? Мне кажется, или он немного не в себе?

Что ж, теперь Мэт знал, от какого места на растреклятом поле боя нужно держаться подальше. Он не обещал сражаться с Отрёкшимся. Если честно, он не помнил, чтобы вообще что-то обещал. Его просто-таки на каждом треклятом шагу принуждали во всё это ввязаться, обычно силой, и каждый раз при помощи какой-нибудь дурёхи — то одной, то другой.

С Демандредом пусть разбирается Эгвейн или эти Аша’маны.

Ранд говорил, что Аша’маны больше не будут сходить с ума, но это ненадёжное обещание. Мэт считал, что любой мужчина, который захотел направлять Единую Силу, уже сошёл с ума. Стать более сумасшедшим — всё равно что подливать чай в уже полную до краёв чашку.

По крайней мере, дамани Туон сумели отвлечь на себя тех шаранских направляющих. Взрывы от их ударов разрывали поверхность земли по обе стороны реки. Невозможно было точно определить, что там происходит. Слишком большая неразбериха.

Мэт снова повёл зрительную трубу в южном направлении вдоль реки и нахмурился.

В той стороне, всего в паре сотен шагов от брода, был разбит военный лагерь, но его внимание привлекло не хаотичное расположение палаток. С восточной стороны лагеря просто стоял на месте большой кавалерийский отряд. Мэт заметил фигуру человека, который в явно скверном настроении прохаживался вдоль шеренг своих солдат. Пусть у Мэта и не хватало одного глаза, но узнать Тайли было нетрудно.

Он опустил трубу, поскрёб подбородок, поправил шляпу и приладил ашандарей на плечо.

— Я отлучусь на пять минут, — сказал он, пришпоривая Типуна и переводя его в галоп вниз по склону в надежде, что Туон позволит ему ехать одному.

В кои-то веки она так и поступила, хотя, добравшись до подножия возвышенности, он представил себе, как она пытливым взглядом смотрит ему вслед. Кажется, любой его шаг она находила любопытным.

Мэт помчался галопом вдоль реки к отряду Тайли. Гремели оглушительные, до боли в ушах, взрывы, возвещая, что он приближается к центру сражения.

Он повернул Типуна левее и подъехал прямо к вышагивающей женщине-генералу.

— Эй, Тайли! Ты, ослеплённая Светом дурында! Почему ты прохлаждаешься здесь вместо того, чтобы сделать что-нибудь полезное?

— Высочайший, — опускаясь на колени, ответила Тайли, — нам приказали ждать здесь, пока нас не призовут в бой.

— Кто это приказал? Встань.

— Генерал Брин, Высочайший, — пояснила она, поднимаясь на ноги. Он почувствовал в голосе Тайли раздражение, но на лице женщины оно никак не отразилось. — Он заявил, что мы всего лишь резерв и не должны ни при каких обстоятельствах двигаться с места без его приказа.