Колесо Времени. Книги 1-14
Эпопея Роберта Джордана «Колесо времени» поставила автора на одну ступень с такими «творцами миров», как Джон Р.Р.Толкин, Фрэнк Херберт и Роджер Желязны. Именно Колесо Времени принесло ему мировую известность. Сложный сюжет, византийская политика, персонажи, которые, после многих лет с ними, становятся для читателя почти братьями или сестрами, загадки, о которых до хрипоты спорят фаны, богатый мир, при создании которого использованы чуть ли не все земные культуры (христианские мифы, скандинавия, артуриана, китай, индейцы…) — все это Колесо Времен. Роберт Джордан об объеме эпопеи «Я знал последнюю сцену Колеса с того момента как начал работу над серией, и она не изменилась. Я думал, что уложусь в пять или шесть книг. Я никогда не думал, что получится так длинно. Я делал все как в историческом романе, но очень много, как оказалось, нужно объяснить читателю. В обычной исторической книге читатель примерно представляет себе особенности периода, о котором он читает. Но я то писал не про средневековье, не фэнтези с рыцарями в сверкающей броне.» К сожалению, 16 сентября 2007 года Роберт Джордан скончался, не успев закончить работу над последней книгой серии. Цикл был завершен молодым американским писателем Брендоном Сандерсоном по планам и наброскам, оставленным создателем «Колеса Времени».Содержание:1. Око Мира (Перевод: А. Сизиков, Т. Велимеев)2. Великая охота 3. Возрожденный Дракон 4. Восходящая тень 5. Огни небес 6. Властелин Хаоса 7. Корона мечей (Перевод: Бэла Жужунава)8. Путь кинжалов (Перевод: Тахир Велимеев, Виталий Волховский)9. Сердце зимы (Перевод: Тахир Велимеев)10. Перекрестки сумерек 11. Нож сновидений (Перевод: Детей Света )12. Грядущая буря.13. Башни Полуночи 14. Память Света/Память огня (др. перевод) (ЛП) (Перевод: Детей Цитадель)
Порой я становлюсь забывчивой.
— ШАЙИ’ТАН! — взревел Ранд.
— Я НИЧЕГО НЕ СДЕЛАЛ, СОПЕРНИК, — раздался далёкий голос. — ЭТО ТВОЁ ТВОРЕНИЕ.
— Вздор! — воскликнул Ранд. — Ты изменил её! Ты изменил их всех!
— А ТЫ ДУМАЛ, УДАЛИВ МЕНЯ ИЗ ИХ ЖИЗНЕЙ, ТЫ ОСТАВИШЬ ИХ ПРЕЖНИМИ?
Слова эти как громом поразили Ранда. В ужасе он отступил от Илэйн, которая встала, явно беспокоясь за него. Да, сейчас он это видел — нечто в глубине её глаз. Она перестала быть собой, потому что Ранд отнял у неё возможность быть собой.
— Я ОБРАЩАЮ ЛЮДЕЙ К СЕБЕ, — сказал Шайи’тан. — ЭТО ВЕРНО.
— Нет! — вскричал Ранд, обхватив голову руками и падая на колени. — Нет! Мир без тебя был бы совершенным!
— СОВЕРШЕННЫМ. НЕИЗМЕННЫМ. РАЗРУШЕННЫМ. СДЕЛАЙ ЭТО, ЕСЛИ ХОЧЕШЬ, СОПЕРНИК. УБЕЙ МЕНЯ — И Я ПОБЕДИЛ. ЧТО БЫ ТЫ НИ СДЕЛАЛ, ПОБЕДА ЗА МНОЙ."
"Сжавшись, Ранд закричал, когда на него накатила очередная атака Тёмного. Созданный Рандом кошмар взорвался, и ленточки света разлетелись, как струйки дыма.
Тьма вокруг него колебалась и дрожала.
— ТЫ НЕ МОЖЕШЬ ИХ СПАСТИ.
Узор — светящийся, пульсирующий — вновь обернулся вокруг Ранда. Подлинный Узор. Истинное отображение происходящего. Создав образ мира без Тёмного, он создал нечто ужасное. Жуткое. Нечто хуже прежнего.
Тёмный ударил снова.
* * *Мэт вышел из боя, забросив свой ашандарей на плечо. Кариду требовался шанс поучаствовать в бою, и чем безнадёжнее положение, тем лучше. Получите! Теперь уж он точно должен быть доволен. Он едва не пляшет и смеётся от радости! Его желание исполнилось.
Мэт присел на труп троллока — единственное, на что можно было присесть — и жадно прильнул к меху с водой. Он ощущал пульс битвы, её ритм. И он звучал безнадёжно. Демандред оказался умён. Он не клюнул на приманку Мэта у брода, где были оставлены незначительные силы. Он отправил туда троллоков, но придержал своих шаранцев. Если бы Демандред увёл их с Высот, чтобы напасть на армию Илэйн, Мэт бы перебросил свои войска на вершину, чтобы ударить в тыл армии Тени с запада и северо-востока.
У Айз Седай дела шли неважно. Шаранцы выигрывали схватку.
«Моё везение, — подумал Мэт. — Сегодня мы нуждаемся в тебе как никогда. Не покидай меня сейчас».
Это будет достойный финал для Мэтрима Коутона. Узор видимо решил над ним посмеяться. Мэт вдруг ясно увидел всю глубину иронии — наделять его удачей, когда она ничего не значит, и оставить без неё, когда от неё всё зависит.

















