Колесо Времени. Книги 1-14

Когда М’Хаэль направил на неё плетение, Эгвейн отпрянула назад, но раскалённый добела луч был слишком тонок, слишком слаб, чтобы дотянуться до неё. Он истаял, не достигнув цели. М’Хаэль зарычал, затем исчез, исказив воздух неизвестным Эгвейн способом Перемещения.

Эгвейн глубоко вздохнула, прижимая руку к груди. Свет! Её чуть не стёрло из Узора.

«Он исчез не создавая Врат! Истинная Сила», — догадалась она. Единственное объяснение. Она почти ничего о ней не знала, — это была сама суть Тёмного, главное искушение, которое побудило направляющих в Эпоху Легенд пробить Отверстие.

«Погибельный Огонь. Свет. Я чуть не погибла, даже хуже, чем погибла».

Она не знала способа противостоять Погибельному Огню.

«Это всего лишь плетение… — как сказал Перрин. — Всего лишь плетение».

Это уже в прошлом, а М’Хаэль сбежал. Нужно держать Наришму под рукой, чтобы предупредил её, если вдруг кто-то будет направлять поблизости.

«Если только М’Хаэль снова не воспользуется Истинной Силой. Сможет ли другой мужчина её почувствовать?»

— Мать!

Эгвейн повернулась. Мериса жестом указывала на Айз Седай и Аша’манов, сражавшихся с шаранцами.

Склон холма покрывали тела множества погибших сестёр в платьях разных цветов.

Неотступно, будто закутанные в чёрное убийцы, её преследовали мысли о гибели Гавина. Эгвейн стиснула зубы, остужая свой гнев, зачерпнула Единую Силу и обрушилась на шаранцев.

* * *Заткнув ноздри кусочками ткани, Хурин вместе с остальными Порубежниками сражался на Половских Высотах.

Даже сквозь ткань он чувствовал смрад войны. Столько насилия, повсюду запахи крови и гниющей плоти. Ими пропитана земля, его меч, его собственная одежда.

Его мутило, жестоко мутило уже несколько раз за бой.

Но Хурин продолжал сражаться. Он увернулся, когда троллок с мордой медведя вскарабкался по телам и замахнулся на него. Земля содрогнулась от удара троллочьего меча, и Хурин вскрикнул.

Тварь жутко захохотала, принимая вскрик Хурина за вопль ужаса. Троллок сделал выпад, Хурин метнулся вперёд, поднырнул под удар и на ходу вспорол твари брюхо. Существо запнулось и остановилось, глядя, как его дымящиеся внутренности вываливаются наружу.

«Нужно выиграть время для лорда Ранда», — подумал Хурин, отступая, в ожидании, когда следующий троллок перелезет через тела.

Они лезли по восточному склону Холмов со стороны реки. Им было тяжело взбираться по крутому откосу, но, Свет, их слишком много.

«Сражайся, сражайся».

Лорд Ранд пришёл к нему и извинился. Лично к Хурину! Что ж, он будет гордиться Хурином. Дракон Возрождённый мог бы свободно обойтись без прощения какого-то ловца воров, но Хурин почувствовал, что в мире всё как будто встало на свои места, и Лорд Ранд стал прежним.