Коллега

Хорошая вещь, — и заботливо спрятал в карман. — Сосед?

— А?"

"— Ну, ты идешь или нет? У нас сегодня на ужин буженина и в холодильнике кое-что мерзнет.

— Чуть позже, — наклонился над лежащими рядом и от души приложился. Для полной уверенности. Подошел к вырубленному соседом и убедился, что этот на сегодня получил вполне достаточно и еще час запросто обойдется без добавки.

Водитель, видимо, почувствовав неладное, начал разворачиваться. Я открыл дверцу и заскочил вовнутрь.

— Что так долго? — спросил он, не оборачиваясь. — Не могли лоха… — охнул и скорчился.

— Здравствуй, милый, — извлек из кобуры под мышкой травматик и приложил к стремительно влажнеющему лбу. — Я так соскучился. Поболтаем?

Он тихонько икнул и кивнул головой. А потом принялся болтать.

* * *В дверь позвонили. Минут через сорок, после того, как я вернулся домой и на полчаса раньше, чем ожидал. Взял со стола мобильник и, набирая на ходу номер, направился к двери.

— Кто там? — нажал на зеленую кнопку.

— Откройте, я пришел один и с миром, — заглянул в глазок: тот же самый мордатый дядя в красивом пальто, что подъезжал ко мне в «Сталь».

— Совсем один? — полюбопытствовал я в трубку.

— Ага, как же, — донеслось оттуда. — И еще двое быков, справа и слева у стенки. — Виталя хихикнул. — Вот, блин, клоуны, — все трое были перед ним как на ладони, потому что квартира соседа располагается на одной лестничной клетке со мной, аккурат напротив.

— Некрасиво, Филипп Бедросович, — укоризненно проговорил я. — Нехорошо взрослых обманывать.

— Я не Филипп Бедросович, — обиженно откликнулся он.

— Значит, по второму вопросу, касательно обмана, у вас возражений не возникает. Скажите этим двоим, чтобы спустились вниз, — скомандовал я и добавил: — И третьему, что на лестнице.

— Ушли, — сообщил Виталя. — Спустились и стоят возле машины.

— Сколько их?

— Четверо.

— Ух, ты, — восхитился я. — Запасливый дядя.

— Что мне делать?

— Будь другом, побудь у глазка минут десять. Если что не так, звони.

— Ладно уж, — снизошел сосед. — Но учти…

— С меня, к буженине, все, что положено.

— Давай быстрее, — заныл сосед. — Остывает же.

— Понял, — открыл дверь. — Заходите, любезный, разувайтесь, — не так уж у меня и было убрано, любому другому было бы разрешено этого не делать. Любому, но другому.

— Благодарю вас, — и принялся, кряхтя, расшнуровывать щегольские полуботинки. — Могу я попросить тапочки?

— Закончились, — мстительно отозвался я. — Придется некоторое время побыть просто в носках. Надеюсь, вы их достаточно регулярно меняете.

— Понимаю вашу обиду, — молвил он и прошел на кухню. Впереди меня. Поворачиваться спиной к такого рода публике — верх легкомыслия.