Коллекция

Они стояли и смотрели, как по асфальту с какой-то чарующей быстротой расползается атласная молочная лужа, кажущаяся в полумраке призрачной в своей белизне. Потом «майор» присел, двумя пальцами, словно дохлую крысу, поднял разорвавшийся пакет и отбросил его в кусты.

— Что это вы тут сейчас делали? — спросил он, выпрямляясь.

— Я просто… вы простите, я вам сейчас другое куплю! Подождите, я быстро!

— Это совершенно не…

Но она, не слушая, отвернулась и побежала через дорогу — туда, где светилась витрина круглосуточного магазина. Уже перепрыгнув через бордюр на противоположной стороне, Кира обернулась.

Позади была пустая улица — «майор» ушел. Пожав плечами, она толкнула дверь и зашла в магазин.

Выйдя спустя минуту с пакетом молока, она посмотрела на другую сторону улицы. На углу дома по-прежнему никого не было.

— Вот ведь вредный тип! — пробормотала она, подождала, пока проедет машина, перешла улицу и остановилась возле молочного пятна, уже начавшего бледнеть, посмотрела на темные холмы кустов вдоль пустынной дороги и пожала плечами, с раздражением подумав, что этот жест, похоже, входит у нее в привычку.

Сделала несколько шагов вперед, но тотчас же остановилась и резко обернулась. В затылке тонко покалывало знакомое ощущение безразлично наблюдающего взгляда. Она отвернулась и снова пошла вперед, и на ее третьем шаге в кустах что-то легко хрустнуло. Кира вздрогнула и ускорила шаг, и в следующее мгновение едва сдержала крик, когда чья-то рука схватила ее за плечо.

— Можете отдать мне молоко, — сказал Вадим Иванович, забирая у нее пакет. — Вижу, вам уже надоело его держать.

— Черт, вы меня напугали! — зло сказала она и стукнула каблуком по асфальту.

 — Где вы были?! Я думала, вы ушли!

— Нет, — лаконично сказал «майор», зажал трость подмышкой и извлек из кармана перочинный нож, раскрыл его, и нож сухо щелкнул, отчего Кира снова вздрогнула, не понимая, почему стоит тут и смотрит на все это, а не идет домой. — Чего вы так уставились? Думаете, собираюсь отпилить вам голову?

— Вам когда-нибудь говорили, что вы хам? — поинтересовалась она.

— Много раз. А что? — он ловко взрезал краешек пакета, запрокинул голову и сделал несколько больших глотков, потом с удовольствием облизнул губы.

 — Хотите?

— Нет, спасибо. А вы что, не могли подождать до дома?

— Зачем ждать до дома, если мне захотелось молока сейчас?

— Воспитанные люди обычно пьют из стакана.

— Воспитанные люди обычно не налетают на других людей, даже если те, другие, невоспитанные, — он отпил еще немного молока. — Вы на улице растанцовываетесь, я пью молоко. И в чем тут разница? Всего лишь безобидные непосредственные действия — не более того.

— Вы могли бы и поблагодарить, — сердито сказала она.