Коллекция

 — Ты тоже умела их видеть?

Уж не поэтому ли люди во дворе боялись Веры Ларионовой? Потому что она умела видеть тени? Прошлые тени… Можно увидеть, как кто-то делает что-то…

Да нет, нет!.. Даже если это и так… нет, стены не могут помнить теней. Это же не видеопленка, это просто камень — известняк, оклеенный обоями в цветочек! Но даже если… даже если…

Человека можно узнать. Но разве можно узнать тень? Даже в профиль?

Если знаешь человека хорошо, то узнаешь и его тень…

Перед глазами Киры вдруг встал ее собственный профиль, вырезанный из черной бумаги, который выпал из бабушкиной записной книжки.

Ее тень, нарисованная ножницами. А потом она подумала о фотографиях, которые Вика нашла в нутре старого пылесоса. Люди, снятые в профиль.

Она слишком презирала людей и в то же время слишком ими интересовалась.

Любопытной была… любила не расспрашивать, а просто тихонько слушать, наблюдать…

Вера Леонидовна, расставившая по комнате канделябры с горящими свечами, сидящая в кресле с пачкой фотографий в руках и наблюдающая за отпечатками чужой жизни… Новая картина, и теперь она совершенно не показалась Кире смешной или дикой.

Не проще ли было установить видеокамеры?

Наверное, нет. Ведь наблюдать за тенями… это совершенно иное…

— Бред, бред! — простонала Кира и повалилась набок, царапая палас скрюченными пальцами. — Это невозможно! Я больна! Да, больна!

Она закрыла лицо руками и пролежала так некоторое время, пока не почувствовала, что тело начинает ныть от холода. Господи, как же холодно в этой квартире, темно и холодно… в тени всегда темно и холодно, я живу внутри тени…

Кира убрала ладони с лица, повела глазами в сторону стены и резко села.

Руки, позабытые, безвольно упали и ударились костяшками пальцев об пол.

Потолок был все так же подернут полумраком, колыхающимся от пламени свечей, но стены — все стены в этой комнате, куда не обернись, были черными — и сквозь эту черноту слабо проглядывали цветочки обоев. По стенам, от пола до потолка, расползлась длинная, огромная, бесформенная тень — четкая, темная, не имевшая ничего общего с виденными Кирой бледными серыми призраками. Она была такой же, как и ее собственная, вяло лежавшая сейчас на полу.

Но что могло отбросить такую тень? Не мебель, не штора… вообще не предмет. Тень колыхалась, шевелилась, в ней то и дело появлялись прорехи. Она была живой… существо, которое отбросило ее, было живым. И Кира, приподнявшись, поняла что это.

Это была не одна тень. Это было множество теней. Люди, стоявшие вплотную друг к другу по всему периметру комнаты. Тени, стоявшие в анфас. Спиной или лицом. Почему-то ей казалось, что они стоят именно лицом к ней.