Коллекция

Здесь о ней думать не хотелось, здесь даже самые мысли о ней казались чем-то чужеродным и даже грубым, и здесь, в этот тихий ночной час и мерный плеск она казалась себе удивительно на своем месте.

Громкий всплеск у подножия камня вырвал ее из затягивающей глубины размышлений. Кира повернулась и увидела, как за выступ ухватилась чья-то рука, потом вторая, следом появилась мокрая голова, потом плечи. Несмотря на звездный свет лицо человека рассмотреть было невозможно — оно казалось бледно-серым и каким-то смазанным, и Кира видела только живой блеск внимательных глаз.

Вздрогнув, она вскочила, чуть не свалившись в воду и уронив сигарету, которая тихо пшикнула где-то внизу. Только сейчас она заметила, что на камне, неподалеку от нее, лежит кучка сложенной одежды.

— Не пугайтесь, Кира, — негромко произнес знакомый голос, — это всего лишь я.

— Господи, Вадим Иванович! — она прижала руку к груди, облегченно вздохнула и опустилась обратно на скалу. — Что вы здесь делаете?

— То же, что и вы, очевидно, — Князев повернулся к ней затылком, не став подниматься выше, — вероятно, с той стороны на камне был широкий выступ, на котором тот и устроился, так что Кира по-прежнему видела лишь его голову и очертания плеч.

Было так тихо, что она слышала, как вода стекает с его тела.

— Как вы меня узнали?

— Вас сложно не узнать, — он усмехнулся. — Решили последовать моему совету и послушать море в другом мире?

Кира неопределенно пожала плечами. В этом жесте было легкое смущение — слишком хорошо она помнила обстоятельства их последней встречи и уже приготовилась дать ему отпор, если Князев вздумает что-нибудь съязвить по этому поводу.

Но он молчал, глядя куда-то в сторону скал, и постепенно она успокоилась. Очарование абсолютного одиночества исчезло, но сейчас Кира почему-то не испытывала сожаления. Она была почти рада, что этот человек оказался здесь, хоть он и молчит и не смотрит на нее.

— Из-за вас я сигарету загубила, — пробормотала она зачем-то, отворачиваясь, и Князев фыркнул за ее спиной.

— Было б из-за чего сокрушаться! Вы могли загубить и гораздо большее, идя сюда в такой час в одиночестве. Вы, как дитя, Кира! Неужели вы не понимаете, насколько это опасно? Вам мало было того раза?

— Мне и следующего было мало, очевидно, — она закинула голову, глядя на звездное небо.

На солнце так не посмотришь, а звезды только рады взглядам и в их мерцании, кажется, появляется что-то дружелюбное и затягивающее до бесконечности. — Говорят, что люди, побывавшие рядом со смертью, становятся чрезвычайно осторожны, но я не могу постоянно быть осторожной, сидеть в квартире и вечерами ходить под охраной. Мне нравится быть беспечной.