Коллекция

Влада повернула голову, стараясь дышать беззвучно. Если не обратят внимания на ее шлепанцы и на очки на тумбочке, то все в порядке. Но сколько ей так лежать? Пока не вернется Кира? А если она сегодня вообще не вернется?

В коридоре негромко зашлепали задники тапочек. Послышался звук разрываемой бумаги. Щелкнул выключатель, где-то потекла вода. Отдаленный голос Стаса произнес:

— Закинь в морозилку. Вот эти две оставь — они хоть более-менее. Черт, как не вовремя тетка заболела! Я думал, она здесь. Сейчас я ей позвоню.

Влада услышала приближающиеся шаги.

Кто-то вошел в гостиную, и в поле ее зрения появились мужские ноги в светлых брюках и шлепанцах. Ноги прошли мимо дивана к креслу, согнулись и на мгновение Влада увидела болтающуюся руку с открытой бутылкой пива. Кресло тихонько вздохнуло и слегка повернулось. Мужчина сделал глоток, откинулся на спинку и сказал:

— Уф-ф, хорошо! Ну и духотень! Стасян!

— А?! — откликнулся Стас из гостиной.

— А чего у вас хата пустая, а окна нараспашку?!

Влада вздрогнула и съежилась под диваном, стараясь казаться как можно меньше.

Что-то со множеством ног пробежало по ее голой руке, и она едва сдержалась, чтоб не взвизгнуть.

— Кирка торопилась, вот и забыла закрыть.

Мимо дивана прошли еще одни ноги — в джинсах и домашних тапочках. Скрипнуло другое кресло и наступила тишина — только слышно было, как булькает пиво. Щелкнула зажигалка, по комнате пополз сизый дымок, и ей отчаянно захотелось курить. Влада сжала зубы и осторожно передвинула голову, чтобы попытаться разглядеть побольше. Она определенно знала и второго мужчину — голос был очень знакомым.

— Ну, так чего ты сидишь, короче, — чего не мчишься к больной родственнице?! — с подлокотника кресла свесилась рука с дымящейся сигаретой. На указательном пальце поблескивал золотой перстень с черной пластинкой, и Влада моментально узнала этот перстень, да и голос тоже. Конечно, это был парень Киры, Сергей, — тот, с красной машиной! Интересно, он знает про Князева? Уж она-то знает — точно знает!

— Да пошел ты! — добродушно отозвался Стас. — Если она и больна, так только на голову. Внимания ей хочется — только и всего.

Кирка сказала, что в шесть дядя вернется, и уж тогда она уедет.

— В шесть?! — рука с перстнем раздраженно хлопнула по подлокотнику, рассыпая пепел по паласу. — И я должен тут столько торчать?! Я бы вполне мог заняться делами и поинтересней!

— Будешь торчать, сколько скажу! — бросил Стас, и его кресло слабо скрипнуло. — Раз не смог самостоятельно дело до ума довести! Ты все запомнил, что я тебе сказал?

— Запомнил, запомнил, — пробурчал Сергей примирительно.