Коллекция

— Ты считаешь, что это сделал тот Шмель и прочие? — с усмешкой спросила Кира, прошла мимо него и достала из холодильника пакет с помидорами. — Ты всерьез думаешь, что то, что я видела, мог сделать человек?!

— Человек может еще и не такое сотворить, — сказал Стас, откручивая крышку и наблюдая, как она моет помидоры. — Ты опять начинаешь… как тогда…

— Вот именно! Потому что это очень похоже на то, что мы видели! Ты же сам тогда все это видел! То тоже были наркоманы, да?!

— В объединении этих… случаев нет никакого смысла, — Стас запрокинул голову и сделал несколько жадных глотков.

 — Я не знаю, что было тогда на самом деле, но Владу и прочих укокошила какая-то обширявшаяся компания. Наверняка кто-нибудь да вспомнит, как они заходили. Если б не те красавцы со своей свадьбой, все было бы слышно, и возможно… Ты сказала, что Влада тебе звонила? Надеюсь, они не поняли, кому она звонила… из-за двери могло быть слышно! Вот черт! Нужно было тебе открывать ей дверь, вот нужно было!

— Что у тебя с телефоном? — спросила Кира, стараясь держать себя в руках — она уже поняла, что брату бесполезно даже пытаться что-либо доказать.

 — Я много раз тебе звонила.

— Да он разрядился, и я его дома бросил. Сереге уже надо было уходить, вот мы ушли вместе — я в магазин свернул, а он куда-то двинул… — Стас пожал плечами и вернул бутылку в холодильник. Кира достала глубокую тарелку и принялась нарезать в нее помидоры.

— Ушли? Разве он был без машины?

Стас кивнул.

— Удивительно… Кстати, — Кира развернулась, и Стас невольно зацепился взглядом за лезвие ножа в ее руке, нацелившегося в его сторону, — а что Мельников здесь делал?

— Да ничего.

Говорил же — пивка зашли выпить. А что?

— Я смотрю, вы с ним стали большие друзья, — заметила она, повернувшись, взяла помидор и зло всадила лезвие в его округлый красный бок.

— И что в этом плохого? Я, по крайней мере, привожу в гости нормальных людей, а не наркоманов! И кстати, если еще раз этот дед…

— Если сейчас ты договоришь то, что собираешься сказать, нашим родственным отношениям придет конец, — ровно произнесла Кира, разнимая помидор на две истекающие соком половинки.

Затылком она ощутила потрясенное молчание Стаса. Оно растянулось почти на минуту, и Кира слушала его, держа в руках половинку помидора и нож, глядя в приоткрытое окно на густеющий вечер, рассеченный прутьями решетки. Потом Стас резко развернулся и вышел из кухни. Минутой спустя громко хлопнула входная дверь, и Кира удовлетворенно улыбнулась.