Коллекция

— Да, я знаю… Что ж и все равно — с днем рождения.

Кира криво усмехнулась и сделала большой глоток. Вкуса она так и не смогла понять — что-то яркое, бархатное и неизъяснимо чудесное прокатилось по языку, в голове мягко стукнуло, и ее слегка повело — вино оказалось очень крепким. Она взглянула на чашу, улыбнулась и дунула на нее, и чаша легко спорхнула с ее ладони, поплыла в сторону и опустилась на пол недалеко от Веры Леонидовны. Та одобрительно кивнула, и Кира нахмурилась, не понимая, почему бабушке это понравилось.

Это сделала она или это уже сделала я? Я срослась с камнем совершенно? И чем же это так хорошо для нее? Чего она добивается? Она же все равно не сможет его получить…

— Камень, — пробормотала она, подойдя к дивану, — этот камень…

Девочка взглянула на нее с каким-то странным удовольствием.

— Нравится тебе моя игрушка, Кира? Нравится тебе быть мною?

— Нет, не нравится! — Кира сжала пальцы на груди, комкая тонкую ткань платья. — Забери его. Он мне не нужен!

— Я не забираю обратно подарков, — ответила она, болтая ногами.

— Тогда кто может его забрать?!

— Ни живой и ни мертвый не могут его забрать. И отдать его ты не можешь. Ты можешь им только поделиться, но он все равно останется с тобой, — девочка отпила вина. — Почему ты не танцуешь, Кира? Все танцуют, а ты нет. Танцуй и ты. Пусть твой любящий брат тебя пригласит, а то он только стоит без толку и бубнит про себя: «И угораздило же меня!»

— Но я не умею танцевать вальс, — вздрогнув, растерянно возразил Стас."

"— Ну конечно, умеешь, — Вера Леонидовна подошла к нему и заботливо тронула за плечо. — Здесь все умеют танцевать, разве ты не видишь? Ведь здесь собраны тени всех вальсов, которые были станцованы с тысяча восемьсот девяносто шестого года.

Стас тускло посмотрел на нее, поставил свою чашу на пол и деревянно подошел к Кире, протянул ей руку, и они вместе спустились в зал. Музыка стихла, и пары застыли в ожидании. Они посмотрели друг на друга, потом Стас удивленно моргнул и положил ладонь Кире на талию, поднял левую руку и принял ее пальцы, и Кира прижала ладонь к его правому плечу, чуть отставив голову и глядя поверх, на затылок стоявшей неподалеку Вики в паре с мужчиной, тень которого Кира не раз видела на своих стенах и даже могла бы вспомнить, кто он такой, но сейчас это не имело никакого значения, а спустя несколько секунд и все остальное тоже утратило значение, потому что на зал обрушился один из волшебнейших хачатуряновских вальсов, и все вокруг закружилось, и они тоже полетели по кругу венского вальса, подхваченные музыкой.