Кольцо фараона

- Мадам, я отвечу вам так же, как и следователю, - ответил я. - Неужели и вы думаете, что молитва Богу способна нанести вред ребенку и мне. Вероятно, Господь наш, прикрыл нас своей исцеляющей дланью. Как здоровье у цесаревича?

- Ему лучше, он стал более спокоен, хорошо спит и кушает, - сказала императрица.

- Так в чем же вы хотите меня обвинить, - спросил я. - У него стали хуже анализы крови?

- Анализы крови стали лучше, - сказала Александра Федоровна, - но как мы можем быть уверены в том, что вы не исчезнете навсегда с наследником Российского престола?

- Куда же я могу исчезнуть, и для чего мне может быть нужен наследник Российского престола я? - спросил я.

- Это может быть сделано для нанесения ущерба всему нашему государству. Вы не служитель Господа нашего и вы больше не будете допущены к цесаревичу, - сказала царица.

Она встала и гордой поступью вышла из камеры.

Можно сказать, что моя песенка спета. Если я исчезну прямо из камеры, то это будет подтверждением для всех самых черных подозрений о моей связи с преисподней, как минимум.

Будем сидеть и дальше, благо еда для меня приносится в хороших тарелках и качество еды довольно хорошее, как будто готовят специально для меня.

Через несколько дней пришел лейб-медик и сказал, что анализы крови цесаревича стали намного лучше.

- Такое ощущение, - сказал он, - что цесаревичу заменили всю кровь. В ней стало больше элементов, обеспечивающих ее свертываемость. Я не знаю, как это получилось. Научно это вряд ли можно объяснить. Еще пару таких процедур и цесаревича можно считать вылеченным. Но в Царском Селе поселили Григория Распутина, который, похоже, действительно не является слугой Господа Бога, но он чем-то обаял царицу и она не боится доверять ему наследника.

Распутин лечит цесаревича наложением рук и ребенок засыпает. Как же ему не засыпать, если он накормлен, в тепле и произошло уменьшение болей от вашей процедуры.

Царь назначил премьером Столыпина и Распутин поехал к нему на смотрины. Столыпин только не взашей вытолкал Гришку. Говорят, что Распутин, когда выходил из резиденции премьера, погрозил пальцем и сказал: погоди ужо! Фамилии у вас одинаковые, но люди вы совершенно разные. А у нас сейчас..., - он махнул рукой и вышел.

Глава 17

В тюрьме я провел десять дней.

Честно говоря, я не вникал в особенности уголовно-процессуального кодекса Российской империи и не знаю, был ли нарушен закон в отношении меня, но в период самодержавия в законодательстве были такие перекосы, которые и привели сначала к одной революции, потом к другой революции, а затем и к Октябрьскому перевороту.

В тюрьме, в ""приемном отделении"" мне вернули все мои вещи, с которыми я приехал.

- Проверьте, - говорят мне, - все ли на месте.

- Все, - сказал я, не проверяя, и расписался в ведомости.