Кольцо фараона

Возможно, что они и летать могут, но точно не знаю, потому что не видел, а вот как они катятся, нет, плывут, как они без колес могут катиться, я видел. Рядом со мной остановилась такая и дверь открылась. Я посмотрел, рядом никого. Значит для меня, и в машине никого, и руля нет. Голос механический, но как человеческий, приятный - добрый день, мы предназначены для перевозки детей, вставьте карточку и укажите конечную точку маршрута. Я аж от машины отпрыгнул. На что я, человек современный, а таких диковин не видал. В кино разве что. Вернулся обратно в начало двадцатого века.

Григорий взял у меня ребенка, положил в коляску и пошел к виднеющимся вдали нянькам, большая часть которых находилась в обмороке.

- Все, нахрен, сегодня напьюсь как сапожник, с диаволом связался, сам диаволом стану, ой лихо мне, ой лихо..., - бубнил он, уходя от меня.

И все. Будь здоров. Мавр сделал свое дело и до свидания. Дадут ли уйти?

Я повернулся и пошел по тропинке к моему флигелю. Вряд ли в меня будут стрелять в Царском Селе недалеко от резиденции императора. Хотя, кто его знает. Рядом императорский стрелковый батальон, куда отбирают самых лучших стрелков из армии, а офицеры сплошь снайперы, им даже запрещено принимать вызовы и вызывать самому на дуэль с применением огнестрельного оружия.

Сабли, шпаги, пожалуйста, а вот пистолеты - увольте."

"Я пришел во флигель, зашел в комнату и в коридоре сразу послышались стук кованых сапог, офицерские команды, стук приклада возле моей двери. И тишина. Никак с пулеметом залегли. Посмотрел в окна. Никого. Нет, ошибся. Часовой по периметру ходит. Штык, как положено по уставу, примкнут. На погонах буквы СБ (снайперский батальон или служба безопасности?) и вензель императора Николая Второго.

Снайпер. Выглянул в коридор. Часовой у дверей. Увидев меня, крикнул: ""Разводящий, на выход!"" . Разводящий прапорщик. Силен караул, всегда разводящими только унтера были.

- Прапорщик Зелинский Третий, слушаю Вас, - представился он.

- Извините, господин прапорщик, а в туалет мне тоже под конвоем идти? - поинтересовался я.

- Что Вы, господин иеросхимонах, Вам позволительно передвигаться совершенно свободно, только в сопровождении охраны, - четко произнес офицер.

Надо же, и мое духовное звание полностью знают.

И формулировка какая бюрократически безукоризненная - позволительно передвигаться совершенно свободно в сопровождении охраны. Перлы российской бюрократии достойны занесения в скрижали бюрократического искусства. Слышал где-то, что от лишних бумаг нужно избавляться путем их регулярного уничтожения, сохраняя копию каждой уничтоженной страницы. Только непонятно, зачем уничтожать оригиналы, оставляя копии?

Под здравым смыслом всякий разумеет только свой собственный смысл. Кажется, это от Салтыкова-Щедрина.