Кольцо фараона

"

"В школе из детей создают башенные зубчики, и каждый зубчик носит значок в виде верхней части шахматной фигуры ""ладья"" На значке есть круглый медальон с портретом основателя единой партии в детстве.

Потом детей организовывают в бригады юных строителей башен. Им выдают треугольные фартуки и значки в виде строительных мастерков с портретом основателя единой партии в юношеском возрасте.

Затем наступает пора вступления в СМБ - союз молодых башенников, которые и являются основой для формирования единой партии - башенный фундамент. В СМБ все так же, как и в башенном фундаменте: свой устав, свои партбилеты и свои взносы, кое-какая самостоятельность, например в ведении пропаганды за единого кандидата от башенного и безбашенного населения.

Молодежь есть молодежь. Она даже собрания в поддержку единых кандидатов называет по имени кандидата: митинги, васинги, колинги, петинги... Достается им за это, но молодежи нужна воля, нужна свобода в выборе своего пути, а путь у них один...

Как хорошо, когда никто не гонит на собрания, не подвергает критике за то или иное действие, а потом не подходит и не говорит: ты не обижайся, ты мой друг, но партийная принципиальность превыше всего.

Каждый должен трудиться на максимуме своих сил и знаний и не бояться что-то предложить стоящее, не ожидая, что скажут: ты предложил, ты и делай. У меня нет многого из того, к чему я привыкла, но я совершенно не чувствую себя чем-то обделенной. Наоборот, я чувствую себя хозяйкой своей жизни и способной что-то сделать для других.

- Хорошо говоришь, хозяюшка, - задумчиво сказал Василий Петрович, только сейчас заметив, что его самокрутка потухла.

- Прямо заслушаешься. Вот ведь не повезло мне в школе учиться у такой учительницы. Но зато дети мои у вас будут учиться. Факт. Рад я, что от моего предложения не отказались. Засиделись мы у вас. Пошли домой, Ксения, - и он встал.

До чего же приятно встретиться с приятными людьми, перед которыми не нужно лебезить, а все вопросы обсуждать на равных, достигая взаимопонимания в ходе работы.

Сидя на крыльце и обнимая Ольгу за плечи в вечерней прохладе, я спросил:

- А ты так и не удалила свой чип.

Ольга кивнула головой:

- Я испугалась, что я вообще ничего не буду знать без чипа.

Возможно и то, что то, что я говорю и делаю, записывается на этот чип как в дополнение к моей памяти. Вряд ли меня кто-то сейчас контролирует, хотя нельзя не предположить, что у нас у каждого стоит только один чип.

- Я все думаю, - спросил я, - а почему ты не испугалась лететь со мной. Неужели так сразу влюбилась?

- Ты только не сердись на меня, - сказала она, - но никто не верил в то, что твоя конструкция полетит и что ты сможешь куда-то улететь.