Кольцо фараона

Я прочитал, ресторан ""Старый друг"" , то, что было написано на латыни, действительно читалось как Старыдру. Даже была нарисована схемка, как туда добраться.

- Друзья, - сказал я, - я вас туда отведу, но потом мне нужно будет уйти, потому что я очень занят.

Ресторан мы нашли сравнительно легко. За столом сидели еще несколько французских летчиков и русских офицеров со значками пилотов.

- Господа, - громко объявил Бове, - представляю вам французского летчика, кавалера ордена Почетного легиона с русским именем Во-ло-дя. Самый храбрый и удачливый летчик нашей эскадрильи.

Все были хорошо навеселе, совсем не так как празднуют французы, а так, как бывает, когда за столом в качестве хозяев находятся русские.

- Нам очень приятно приветствовать русского героя Франции, - взял ответное слово поручик, - у нас тоже есть герой, даже дважды, Дваегория, поручик Георгиев, храбрец и георгиевский кавалер. Поэтому, за героев по полной, и до конца!

И мне был подан фужер с водкой. Такой же фужер был и у поручика Георгиева. Под возгласы: героям, ура! - мы осушили фужеры и сели плотно закусить. Когда знаешь людей, которые сидят за столом, то получается, что ты из-за этого стола и не вставал.

Я с кем-то и о чем-то говорил, переводил слова моих друзей, поддерживал тосты, предлагал сам и, в конце концов, оказалось, что я принял предложение поручика Георгиева поехать в Гатчину, чтобы с утра провести показательный бой российских и французских асов. Я пытался отказываться, но был вместе со всеми посажен во вместительный штабной автобус и уехал в Гатчину.

С утра я был в хорошем настроении. Сказалось, что я хорошо закусывал и пил немало жидкости, чтобы спирт не связывал собой жидкость в организме, и с утра у меня не было ""сушняка"" .

Мне приготовили летную форму и я, одеваясь, с каким-то ужасом думал о том, что мои летные приключения были просто кошмарным сном, который больше никогда не повторится и что все, что я сейчас делаю, является продолжением этого сна.

Глава 38"

"Я вышел из домика и увидел группу офицеров России и Франции, что-то оживленно осуждавших. Мне помахали рукой, и я подошел к офицерам. Обсуждались вопросы предстоящего боя. Категорически запрещались тараны и повреждение самолетов. Самолеты одинаковой конструкции.

Задача - создать ситуацию, когда противник мог быть сбит. Бой продолжается до создания трех таких ситуаций. Победителем считается создавший две такие ситуации.

Мы пошли к самолетам. Я думал, что я все забыл, но как только я сел в кресло, привязался ремнем, так сразу почувствовал, что я никогда не выходил из боя и готов взлететь в любую секунду. И даже на дельтаплане я летал не как любитель, а как летчик.

Взревел мотор, самолет затрясся, готовясь сорваться с места. Я поднял руку и с ""костыля"" был убран стопор.