Кольцо фараона

Потом, в другой жизни все объявлялось гением кого-то из власть предержащих, а не хотением какой-нибудь мадам Шредер.

Меня уже засватали за баронессу М, хотя я не давал повода для того, чтобы связать себя узами Гименея в том времени. Но в том обществе, где мне пришлось вращаться, все делалось на благо этого общества, на укрепление его и распространение влияния на все сферы Кёльна.

Точно так же и в других государствах. Все решается подковерно, а потом объявляется глашатаями на площадях и люди начинают удивляться, а кто это такой, откуда он вылез и почему, за какие заслуги его назначили в гении или сделали главнокомандующим на предстоящей войне? Не парьтесь, господа, просто так захотела тетя Галя из Бердичева.

Почему из Бердичева? Угадайте с трех раз.

Нужно было что-то решать, чтобы не врасти в этот гламур и не стать частью его навсегда. Я отправил всем своим новым знакомым письма-прощания в связи с предстоящим отъездом в Московию. Поэтому мне не пришлось проводить целую неделю в прощальных визитах, выслушивая соболезнования по поводу зим, во время которых птицы замерзают на лету, а водка, вылитая из рюмки падает на землю хрустальными кусочками льда.

Пусть они продолжают думать, что по нашим улицам ходят дикие медведи и пристают к хорошеньким девушкам, люди у нас катаются на печках и ловят щук, которые исполняют все желания русских, поэтому они и остаются русскими, несмотря на множество завоевателей, которые хотели, чтобы русских вообще не было.

Франца я оставлял в Германии, располагая всеми оставшимися у него деньгами по своему усмотрению. Но всегда покладистый Франц Ротшильд вдруг воспротивился и сказал, что будет сопровождать меня до того времени, пока сама судьба не распорядится о том, что его хозяин больше не нуждается в своем помощнике.

- Сударь, я чувствую, что вам нужно попасть в то же место, где мы с вами встретились, а там ждут нехорошие ребята, которые мечтают с вами поквитаться. Куда же вы поедете без меня, да и у меня в прусских лесах остались хорошие товарищи, которые помогут нам в случае чего, - сказал Франц.

Открытку с наилучшими пожеланиями по случаю предстоящего отъезда в Россию я отправил и кардиналу Мазарини. Все-таки, он считает себя моим начальником, и я отдал дань вежливости подчиненного перед начальником.

Скажу кому, не поверят, что я был личным советником всемогущего первого министра французского двора.

Обратный путь был как бы повторением пройденного. Все равно как в книге, когда возвращаешься на несколько листов назад, чтобы вспомнить, а что же было до того места, на котором ты открыл книгу. Особенно надолго я нигде не останавливался.

В Страсбурге мне пришлось доказывать барону Райнбаху, что французский титул совершенно не изменил меня.