Колыбельная для смерти

Туман был, как никогда, противным, холодным и сырым. Никогда еще в жизни Дина так не мерзла. Но именно холод и привел ее в чувство.

…Сначала она почувствовала горьковатый запах мокрой коры, а затем ощутила, как что-то острое царапает ей щеку. Еще до конца не веря в то, что ее план удался, Дина осторожно вдохнула. Когда ей это удалось, она заработала руками и ногами, расчищая себе путь. С нее посыпались мокрые ветки, комья грязи и размокшие листья. Этот медик-недоучка и правда принял ее за труп! На ее счастье, «фанатики» не стали церемониться с похоронами: просто сбросили ее тело в овраг, присыпав ветвями и листьями. Возможно, ее вывезли в лес. Тогда ей придется долго идти, рискуя замерзнуть. Но вдруг где-то поблизости раздался лай собак, и Дина, собрав все силы, закричала:

– На помощь! Помогите! Эй!

* * *Разговор с Ивасиным состоялся серьезный. Хоть Петр, надо отдать ему должное, не отругал Дэна за «приключения» прямо с порога, а сочувственно перевел взгляд с загипсованной руки друга на бордово-фиолетовый кровоподтек, разлившийся по его скуле, и еле слышно вздохнул. Затем вытащил из кармана помятый блокнот и придвинул к кровати стул. Во время рассказа Дэна Ивасин, делая пометки, молчал, но сжатыми губами красноречивей всяких слов выражал свое отношение к затеянному другом расследованию. Когда Дэн замолчал, Ивасин захлопнул блокнот, наморщил смуглый лоб и назидательно произнес:

– Весенин, настоящее расследование – это тебе не книжку писать. Видишь, чем чревато? Засветился ты, мой дорогой. То ли идею своего сценария не тому человеку подсунул. То ли позже сплоховал, когда начал соседей расспрашивать.

Дэн слушал друга, кивал и не обижался. А чего обижаться на правду? Поначалу им на самом деле управляли азарт и любопытство. Это уже потом, когда Дина пропала и когда Лиза рассказала ему о Роне, двигать им стали другие мотивы. Дэн так и сказал другу в свое оправдание.

– А мы на что? – удивился Ивасин. – Дэн, мы работаем! Хоть наша работа и не видна, потому что мы прокладываем стежки аккуратно и незаметно. А не так, как ты, – грубо наметал через край!

– О, как ты красиво выразился! – восхитился Дэн. – Пожалуй, включу в следующую книгу.

Петр просиял и хмыкнул:

– Ну, мы тоже умеем… выражаться. Не все же вы, писатели. А по поводу нашей работы запомни: ты вот думаешь, что такой молодец, помог! А на самом деле, возможно, крупно помешал.

– Как это?

– А вот так! Может, мы этого Рона долго отслеживали и наконец-то вышли на его след. А тут ты – его фотографией на улице размахиваешь и всех прохожих вопрошаешь, не этот ли кадр – убийца.

– Ну не так буквально все было! – возмутился Весенин.

– Но почти! А дальше что следует, Дэн? А то, что подозреваемый, узнав о такой активной деятельности, спрячется в другом месте.