Команда Бешеного

Восемьдесят восьмая, дело ведет следователь Истомин. — Все точно! — улыбнулся Богомолов.

— Так зачем вам нужен этот Бондарь? Кстати, может быть, скажете его настоящие данные?

— С огромным удовольствием, Василий Федорович, но… несколько позднее. — Богомолов понимал, что в данном случае лучше недосказать, чем раскрыть все карты, и предоставить прокурору строить догадки.

— Понимаю! — тут же согласился прокурор, хотя ничего толком не понял. — Что нужно сделать: быстрее осудить, отправить по точному адресу или… — Он тоже многозначительно замолчал.

— «Или», дорогой Василий Федорович.

В нашем распоряжении тринадцать часов. Нужно подготовить бумаги для его освобождения, скажем, в связи с прекращением дела ввиду недоказанности преступления.

— Извините, Константин Иванович, но если вы не возражаете, то формулировку постановления оставьте мне. — В голосе прокурора послышались ревнивые нотки.

— Простите, дорогой Василий Федорович! Когда вы сможете все оформить?

— Через пару часов все необходимые бумаги будут в изоляторе.

— Вот спасибо! — обрадовался Богомолов. — Только у меня есть еще одна просьба, Василий Федорович! — Слушаю.

— Вы можете сделать так, чтобы содержание постановления не стало известно в изоляторе? — Что-то не доходит…

— Например, в Бутырку является мой человек. Бондаря он забирает под расписку, а ему вручается запечатанный конверт со всеми необходимыми документами.

— То есть вы не хотите, чтобы в изоляторе узнали о его освобождении?

— Вы удивительно тонко все подметили, — польстил Богомолов.

— Понятно! Нет проблем: Бондаря выдернем из Бутырки под предлогом этапирования в другой город для проверки вновь открывшихся фактов по делу, — с ходу придумал прокурор.

 — Отлично, Василий Федорович! С вами просто приятно работать."

"— А мне приятно это слышать, спасибо! Как фамилия вашего сотрудника, который прибудет за Бондарем? — Майор госбезопасности Андрей Воронов. — Скажите ему, что Бондаря ему передаст прокурор Зелинский.

— Зелинский? — удивился Богомолов. — Не Александр?

— Да, Александр Зелинский. Вы его знаете? — И очень давно. Огромный привет ему, и пусть свяжется со мной. Надо же, какое совпадение! — Обязательно передам. Что-нибудь еще? — Нет-нет, спасибо вам большое.

 — Желаю удачи! Всего доброго. Богомолов положил трубку и, радостно потирая ладони, взглянул на своих сотрудников. — Как вам разговор? — Виртуозно! Сколько лести! Какой напор! — Напрасно вы так, Порфирий Сергеевич, — с обидой произнес генерал, — поведи я себя с ним по-другому, мог нарваться на такую волокиту, что не дай Бог!

— Господи, да шучу я, дорогой мой генерал, шучу. Все действительно виртуозно проделано. Можете поверить, что я и сам иногда этим пользуюсь для дела, — подмигнул Говоров.