Команда Бешеного

Не поздно ли звонить? Но желание было столь сильным, что она решительно взяла трубку и быстро, как будто боясь передумать, набрала номер Говорова. Ответил пожилой женский голос.

— Добрый вечер! Извините за столь поздний звонок. Я не могла бы переговорить с Порфирием Сергеевичем? — Наташа очень волновалась и забыла представиться.

— А кто его просит? — В голосе пожилой женщины не было любопытства, скорее какая-то грусть. — Это Наташа — знакомая Савелия Говоркова. — Вам срочно или можете подождать до завтра? — Он что, плохо себя чувствует? — В ее голосе было столько отчаяния, что женщина, видно, поняла это и со вздохом ответила:

— Нет, не думаю, что он уже заснул, но… — Она запнулась, словно размышляя, стоит ли посвящать незнакомку в семейные трудности, и Наташа это почувствовала: — Ему что, нездоровится?

— В общем, да… — не очень уверенно сказала женщина.

 — Дело в том, что он только вернулся из санатория, от внучки. — Она всхлипнула совсем по-бабьи. — Теряем мы внучку! Ой, теряем! — Господи, что с девочкой?

— Порок сердца у нее. С самого рождения мучаемся, все по врачам да по врачам, а толку чуть! Сейчас ей совсем плохо.

Извините, что поплакалась вам. У вас хоть не тяжелый разговор к нему? — спросила она. — Боюсь я за него: терпит, все внутри носит…

— Нет-нет! — воскликнула Наташа. — Наоборот, ему будет приятно услышать, что его любимого ученика из больницы выписывают.

— Савушку выписывают? — обрадовалась женщина. — Слава Богу, хоть одна хорошая новость. Сейчас позову. Филюшка! — ласково крикнула женщина, и в ее голосе было столько теплоты и заботы, что Наташа с умилением подумала, что эти люди очень любят друг друга. А что может быть прекраснее к старости, чем сохранить любовь к близкому человеку и отдавать ее без остатка?

— Наташа? Здравствуйте! Что случилось? — встревоженно-усталым голосом спросил Порфирий Сергеевич.

— Савелия завтра выписывают из больницы, — радостно сообщила девушка.

— Так это правда? А я жене не поверил. Во сколько вы за ним отправитесь? — Тихо и чуть приглушенно говорил Порфирий Сергеевич. Зная его жизнерадостный характер, Наташа сразу почувствовала, как он сильно переживает за свою внучку.

— Что, совсем худо с девочкой? — спросила Наташа.

— Худо, Наташа, худо! Понимаете, больше всего обидно, что она такая маленькая, семь годков только, а смотрит так грустно, по-взрослому, что внутри все переворачивается.

Господи, за что Бог карает? — Казалось, что он вот-вот заплачет, но он пересилил себя и спокойно сказал: — Очень хотел повидаться с Савкой. Очень!

— Вы знаете, Порфирий Сергеевич… — начала она с опаской.

— Да говорите, чего уж там, — догадливо подтолкнул он.

— Дело в том, что прокурор Зелинский, возможно, вы слышали о таком, приглашает к себе на дачу.