Команда: Мы одной крови

А ведь он знал, что этот счастливый миг когда-нибудь настанет.

– Вот! – показала на него Лелька.

– Бляха-муха-цокотуха! Да это же тот самый гондон! – с ходу опознал его старший сутенер.

Коля зловеще оскалился. Это даже хорошо, что его узнали. Объяснять не придется.

– Лелька, вспомни, он же однажды тебе не заплатил!

– Ой!.. Ну точно он. А я гляжу, на кого он похож...

– Ты что имеешь в виду, Лелька, член его или морду? – развеселился сутенер.

– А у него морду от члена не отличишь, – гоготнул его дружок. – Что член, что морда, все без разницы!

– Надо сделать, чтобы морда его еще и от задницы не отличалась, – образно закатывая рукава, решил третий.

Еще немного, и они набросятся на Колю. Но повторения пройденного уже не будет. Ствол уже наготове – глушитель накручен, патрон в патроннике.

Три выстрела прозвучали с интервалом в две секунды. Три сутенера превратились в груду барахтающихся тел. Еще три выстрела – контрольный вариант. Трупы поданы! Налетай, подешевело!..

– Ну чего уставилась? – глядя на потрясенную Лельку, спросил Голодай. – Думала, что как в прошлый раз будет? Не на того нарвались.

.. Помнишь, как вы меня зачморили? Теперь я тебя буду чморить... Сначала ты назовешь адресок Олеси...

Шлюха тряслась от страха и даже не думала ничего утаивать. Она взяла клочок бумаги, карандашом для глаз нацарапала адрес.

– А теперь я тебя буду благодарить, – ощерился Коля.

Он выставил на обозрение свое окрепшее орудие мести.

– Чего молчишь?

– А-а... – выдавила из себя Лелька.

– Болт на!.. Я сказал, болт на!

Трупы абсолютно не смущали Колю. Ведь выстрелов никто не слышал. Паники нет. А Лелька... Лелька, она под рукой. Вернее, уже под прибором.

Она никуда не убежит, никому ничего не скажет..."

"Мало того, вид трупов необычайно заводил Колю. Запах крови, мертвое очарование. Ужас. Ужас, как двигатель процесса... И Лелька тоже в ужасе. Но кайфа она не испытывает. Ей бы номер отработать да шкуру свою спасти... Она сама шкура! Сука!.. Какой кайф!!!

Такого Коля никогда не испытывал. Полное отключение сознания. Эйфория сумасшедшего блаженства окутала его темным туманом забытья...

Когда он пришел в себя, Лелька была мертва. Его руки по-прежнему мертвой хваткой сжимали ее шею.

..

Он убил человека. Но никаких чувств, кроме бешеного восторга, не испытал. И не потому, что путана должна была умереть. А потому что... Коля вдруг ясно осознал, что он самый настоящий сексуальный маньяк. Но никакого стыда и разочарования. Он даже знал, как использовать свое сумасшествие на пользу дела.

Он пришел в себя. И у него уже не было никакой потребности резать мертвое тело ножом. Но он это сделал. Взял нож, исполосовал Лельку. Вырезал у нее на спине звезду. А на стене кровью написал.