Команда: Мы одной крови

– Ну, собирался...

– Господин Смирнов собирался жениться на Ветряковой. Но мог бы и передумать. Если бы узнал о ее связи с гражданином Сазоновым. А чтобы этого не случилось, вы решили принять меры. И застрелили Сазонова...

– Да чушь это! – взорвался Сема. – Я бы на мокруху ни за какие бабки бы не пошел!..

– Это все слова, – покачал головой мент. – Факты же подтверждают обратное... Вы звонили Ветряковой, договорились с Сазоновым о встрече, а когда тот остался без охраны, вы хладнокровно воспользовались моментом... Я мог бы говорить долго и нудно. Мог бы запутать вас и таким манером вывести вас на чистую воду. Но это ни к чему. Все улики против вас...

– Какие улики?.. Я заявляю, что ствол, маску и телефон мне подбросили. Неужели вы этого не понимаете?

Увы, следователь этого не понимал. Или не хотел понимать... Да и сам Сема не мог понять, как у него на квартире появился паленый ствол. Дверь бронированная, замки конкретные. И на тебе... Ничего, он еще с этим разберется... Если получится...

Какое-то время Сема пытался доказать, что он не верблюд. Но следак ему не верил. Он пытался склонить его к чистосердечному признанию. Только Сема не сдавался.

После допроса его отвели обратно в камеру с перспективой в самое ближайшее время отправиться в следственный изолятор. Сказать, что Сема был в расстроенных чувствах, – значит не сказать ничего. Жить не хотелось, так было ему хреново...

Вечером в камере появился сосед. Крепкий паренек с оловянными глазами. Он сел на свое место и застыл в позе языческого истукана. Сема даже не пробовал заговорить с ним. Не до того...

Парень сидел бездвижно часа три, не меньше. Затем, глядя куда-то в неизвестность, тихо сказал:

– Валеру Сазонова убили...

Сема не сразу понял, про какого Валеру он сказал. Но потом до него дошло.

– Сазонова?! – изумленно протянул он.

– А что, ты его знаешь? – резко обернулся к нему парень.

Сема аж вздрогнул от неожиданности.

– Да нет, не знаю...

Он и в самом деле не знал, кто такой Сазонов. Ну, любовник Розы, и все. А кто он такой, с чем его едят, этого следак ему не объяснил.

– А я знаю, – пристально смотрел на него парень. – Ты про белокаменских слышал?

– Ну ты даешь, кто ж про них не слышал?

Белокаменские – это большая сила и очень большие бабки. На Москве они стояли очень громко.

– Так Валера у них центровой.

Ноги вдруг стали горячими, как будто по жилам потек раскаленный свинец. Вся тяжесть ушла в стопы. Свинец моментально остыл. Ноги сначала стали просто холодными, а затем Сема просто перестал чувствовать их. Уши превратились в микрофон. Он отчетливо слышал шум своего сердца. А билось оно как сумасшедшее.

– Что, страшно стало? – осклабился парень.

Теперь заледенело и отнялось все тело. Осталась только голова.