Комбатант

С равным успехом они могли оказаться французскими тайными агентами, людьми Гартунга (а впрочем, это, насколько можно судить, сплошь и рядом одно и то же), боевиками революционного подполья неизвестно какой партии, а также, если учитывать все варианты — некими конкурентами, озабоченными телеспектроскопом. В Вене игроков было столько, что они порой едва ли локтями не сталкивались, чуть ли не штиблеты начищенные друг другу оттаптывали… почему бы и в Париже не продолжиться этой азартной толчее? Могут вынырнуть совершенно новые персоны, прежде в гонке не замеченные.

Гадать бессмысленно, одно ясно: это не аматёры, не случайные люди — поднаторевшие в слежке мастера…

Бестужев довольно долго таскал их за собой, беззаботно бродя по улицам, надолго останавливаясь, чтобы полюбоваться историческими достопримечательностями (благо таковых здесь имелось множество) — старательно показывал, что никуда он не спешит, не проверяется, вообще представления не имеет, что по пятам таскаются прилипалы. Следовало их расслабить, насколько возможно, самые опытные агенты в подобных ситуациях невольно расслабляются чуточку.

Без сомнения, они должны прекрасно знать, кто он такой на самом деле — иначе откуда высококлассная слежка? Но кто сказал, что жандармский ротмистр обязан посвящать делам двадцать четыре часа в сутки, не стремится отдохнуть и развлечься? Как-никак вокруг — Париж…

Он глянул на часы — время начинало поджимать. Ну что же… Пора и отрываться. На суше у него было бы мало шансов — чтобы воспользоваться проходными дворами, закоулками и прочими удобными местами, город следует изучить самолично, знания теоретические, по карте, тут не помогут.

Однако бывают случаи, когда чистой воды теория может оказаться как нельзя более полезной. Достаточно изучить путеводитель и расписание…

Завернув в цветочную лавку, Бестужев вышел оттуда с роскошным букетом из ирисов, цикламенов и лилий — с каковым и двинулся далее столь же беспечным шагом, как прежде. Букет был подобран с умыслом: всякому мало-мальски соображающему человеку сразу ясно, что с таким на похороны не ходят, наоборот, на свидания с прелестницами, тут двух мнений быть не может… Судя по парочке игривых взглядов милых дам, перехваченных им, парижане воспринимали молодого человека с пышным, веселым букетом, именно как удачливого ловеласа, направлявшегося к предмету своего воздыхания.

Мнением преследователей поинтересоваться было невозможно, однако не подлежит сомнению, что они все же чуточку размякли, чуть ли не час таскаясь за человеком, ведущим себя совершенно беззаботно.

Не зря говорится, что у погони одна дорога, а у беглеца — тысяча… Оказавшись на мосту, Бестужев еще более замедлил шаг, любуясь Сеной.