Конечно, беременна! (СИ)

Наверное, самым лучшим сейчас будет разыскать Алину, - а уж она мне все подробно расскажет! Не могла же она меня бросить! Так что – ей-то уж наверняка все известно!

Ну, а уже потом, по результатам этого разговора, буду решать, что делать дальше.

Срочно уезжать отсюда и больше никогда не показываться Аскольду на глаза или вообще сделать объявление о том, что я принимаю психотропные, которые на меня иногда вот так вот действуют непредсказуемо. Мало ли, может, я в зале, перед всем обществом начудила и теперь из-за меня сделка Аскольда может оказатья под угрозой!

Черт!

Беда в том, что я ведь понятия не имею, в каком номере остановилась Алина!

Осторожно пробираюсь в зал, где вчера проходил прием.

Он, к удивлению, снова полон людей, - ах, да, ведь сегодня завершающая часть переговоров, на которой митер Джеймс будет еще раз беседовать с теми, чьими предложениями он вчера заинтереовался! И мы с Аскольдом в этом списке! Да! Но ведь не может быть, чтобы уже было так поздно…

Может, - понимаю, с ужасом вглядываясь в огромные старинные часы в зале. Господи, да ведь уже два часа! Как раз начало!

Как же это я могла так надолго отключитья?

И, - главное, - почему Акольд меня не разбудил?

Эх, наверняка что-то я все-таки вчера начудила, раз он за мной не пришел!

Взгляд наконец выхватывает фигуру Аскольда, одиноко стоящего у окна и задумчиво попивающего виски.

Что-то явно не так, - он совсем не похож на себя, обычного и уже привычного.

Аск, что бы ни лучилось, всегда брызжет весельем, - нет, скорее, все-таки каким-то поразительным задором, - причем, даже когда все идет не так, даже когда злится, - задор его становится тоже злым, но всегда – вот просто бешенная, неуемная энергия.

Но сейчас… Он будто изваяние, смотрящее сквозь всех и ничем не интересующееся. Смотрит в окно, скупо иногда отвлекаясь, чтобы кивнуть кому-то и медленно попивает свой виски… И глаза такие… Пустые совсем.

Неужели? – я прижимаю руку ко рту, чуть не вскрикивая. Неужели митер Джеймс все же отказал, не принял нашего проекта?

О, нет! Нет-нет-нет! Это же такой удар для Крушинина! Да он же с ума сойдет!

Но… Вот тут как раз все сходится, - и его странный, отрешенный вид, как будто он за ночь вдруг стал совсем другим человеком, и то, что даже не попытался меня разбудить.

На фоне всеобщего оживления Аскольд выглядит совсем печально, и у меня так сильно сжимается сердце, что становитя совсем трудно дышать. Черт! Ну – ведь не заслужил он такого! На ровном месте потерять собственное любимое дело!

Решительно протискиваюсь сквозь толпу, уже ни на кого не глядя. Юрки, друга его, что-то вот как-то не видно, - и, в конце концов, должен его же кто-то поддержать, быть сейчас рядом!

Хотя нет… Смотрю, его все же поддерживают.