Конечно, беременна! (СИ)

Что заказать?

- Мохито и очень-очень много льда! – она снова облизывает губы, а я уже мысленно вожу рукой с этим льдом по ее соскам, снова чувствуя, как болезненно дергается сжатый джинсами член, рвущимся всеми силами на свободу. Нет, явно не успеем поиграть. Но пофантазировать-то можно!

- Угу, - бормочу, как последний тормоз, уже ей в спину, залипая на том, как покачиваются ее бедра. И плетусь к стойке, как будто бы меня только что переехал танк.

- Что, упорхнула твоя красавица? – Юрец в обнимку с брюнеточкой уже там. И его красавица, попивая шампанское, соблазнительно изогнувшись в сторону оттопыренного Юрцового стояка, бедром, свободно подставляет свои ключицы и ложбинку между грудьми его наглым, ни хрена не стесняющимся лучших друзей, изнывающих от вынужденного одиночества, губам.

Что, в принципе, лишний раз говорит мне о том, что моя карамелька точно знала, что делает, когда отвечала на мои танцевальные ухаживания. А еще – распаляет меня с каждой секундой еще сильнее, заставляя нервно поглядывать на замершую секундную стрелку на часах. Что-то она там долго, а я дошел уже до состояния кипения и пара!

- Я сейчас, - зачем-то бросаю Юрке, который меня во-первых, явно не слышит, а, во-вторых, ему абсолютно по фигу, есть я или нет, когда между губами такие угодья, и направляюсь в сторону туалетов. Ну, - что там можно так долго делать? Даже лед в ее махито уже начинает бурлить от моего нетерпения!

- Малыш, - выдыхаю, когда в меня врезается это карамельное наваждение в темном коридоре. – Я заждался.

И плевать на мохито, бокал с которым выпадает из моей руки, заскользившей по ее спине и разбивается с громким звоном где-то позади нее. На все плевать, - ее аромат активизирует во мне какие-то скрытые рецепторы, превращая в чистый секс."

"Пробежавшись руками по бедрам, я вжимаю ее в стену, упираясь наконец своей неугомонной эрекцией в ее персональный рай, пусть еще прикрытый клочками ткани, но это мы очень быстро поправим, - и, жадно дыша, как будто сдавал олимпийские нормативы, впиваюсь в губы. На этот раз не щадя малышку и явно демонстрируя языком все то, что собираюсь с ней проделать в ближайшее время.

- Ох, - выдыхает она и обхватывает мою шею руками.

От чего мой член дергается еще сильнее, и я вжимаюсь в нее так крепче, что крепче некуда было еще минуты две назад.

Мну сладкие, дурманные, мягкие губы своими и просто дурею, глотая ее призывные стоны. А когда я вбиваюсь языком так далеко, как только могу, в ответ на что малышка тут же закидывает ногу мне на бедро, в голове мелькает только одна мысль, - я таки не смогу сейчас вести машину!

Потому что руки могут находится только на ее груди или там, где я мечтаю оказаться сейчас на всю длину.