Конфидент для призрака

Завьялов смотрел на Елену, слегка сдвинув назад бейсболку, и Олег видел его лицо: Димочка не просто смотрел, он пожирал женщину глазами. Сжатые губы, побледневшая кожа, остановившийся и при этом горящий взгляд — даже Олегу, много повидавшему в жизни, сделалось не по себе. Он узнал этот взгляд: так смотрят безумцы, сумасшедшие, готовые на любой, совершенно непредсказуемый шаг.

Глава 5

«Но облик мой — невинно розов,

что ни скажи!

Я виртуоз из виртуозов

В искусстве лжи...»

(М. Цветаева)

Дима Завьялов, точнее, Дмитрий Александрович, сидел на скамейке, уже, казалось бы, протёртой им до дыр — настолько часто он бывал здесь, хотя в последние пару недель выкроить на это время становилось всё сложнее. Он сам не понимал, зачем раз за разом приходит сюда, рискуя быть обнаруженным и приходя в тихое бешенство от необходимости прятаться. Но стоило ему осознать, что у него появилась пара часов свободного времени, как его начинало с какой-то непреодолимой болезненной силой тянуть сюда. Не имея ни сил, ни желания сопротивляться этому странному зову, он переодевался, брал такси и ехал на другой конец города, стараясь выглядеть незаметным и обычным.

Иногда ему удавалось дождаться того момента, когда Елена выходила из офиса и какое-то время стояла на ступеньках в ожидании машины. И тогда от сознания того, что он ждал не напрасно, где-то в гуди теплело, но затем на смену теплу приходило чувство обиды, как у ребёнка, которому показали аттракцион, но не дали на нём прокатиться. Он смотрел на женщину, ставшую его наваждением, его idee fixe, и не находил в себе мужества встать и подойти к ней.

А порой его ожидание оказывалось пустым, ему не удавалось увидеть Елену, и тогда он, оглядываясь и надеясь до последнего, уезжал, чувствуя себя обделённым и обманутым. И тогда оставался только один выход — снять напряжение в клубе, владельцем и постоянным членом которого он был уже несколько лет. Немногочисленные сотрудники прекрасно знали своеобразные вкусы хозяина, и среди девушек непременно была хотя бы одна изящная голубоглазая платиновая блондинка.

Вот и сейчас Димочка смотрел на стоящую на ступеньках женщину, спокойную и невозмутимую, и внутри у него всё медленно закручивалось в тугой узел. Она не просто не видела его, нет, дело не в этом. Он прекрасно понимал, что даже если бы Елена его заметила, она не выразила бы ни малейшей радости по этому поводу. Скорее всего, в её невероятных синих глазах мелькнула бы досада, а на нежных губах в лучшем случае появилась бы дежурная вежливая улыбка.