Конокрад и гимназистка

За картами и за шампанским Николай Иванович осторожно вывел разговор на недоброжелателей Кофтунова по тюремному ведомству, которые абсолютно не ценят административного таланта такого замечательного человека, вынужденного пребывать в столь тяжких поездках по Сибири, в ответ услышал благодарные слова за сочувствие и лишь после этого приступил к главному: только Дмитрий Алексеевич, слуга престола, неподкупный и честный, может оказать ему помощь в очень важном и щекотливом деле. Кофтунов насторожился, бросил карты на стол и стал внимательно слушать.

Николай Иванович четко и толково принялся рассказывать о злоупотреблениях ново-николаевского полицмейстера Гречмана, предъявляя в качестве доказательства копии бумаг, добытых у акцизного чиновника Бархатова.

— А каким образом эти бумаги к вам попали? — спросил Кофтунов, не поднимая головы от разложенных на столе листов.

Николай Иванович был готов к ответу:

— Совершенно случайно. Я, знаете ли, мужчина одинокий, хм… как бы аккуратнее… с девицей одной пребывал, а до этого она господина Бархатова посещала, когда на него неизвестные напали, — я думаю, что это люди Гречмана были, хотели улики изъять и уничтожить.

Бархатов как чувствовал — успел бумаги девице сунуть. А она мне их отдала — зачем, говорит, я такую страсть хранить буду? Я, знаете ли, человек не боевой, хотел их сначала даже выбросить, да тут случайно прочитал о вашем приезде и, зная вашу честность…

Кофтунов слушал его, не поднимая головы. Вдруг неожиданно вскинул взгляд и перебил:

— Но вы же понимать должны — я совсем по другому ведомству, это не моя епархия, как я это все представлю?

— Вам виднее, Дмитрий Алексеевич, только я вот сейчас подумал…

— Ну-ну… — ободрил его Кофтунов.

— Только я подумал… Считайте, что это уважаемые жители Ново-Николаевска к вам обратились. Лично к вам.

Глаза Кофтунова блеснули:

— На бумаге пусть они обратятся. А?

— Я так думаю, что обратятся.

Кофтунов закурил, помолчал и честно признался:

— Это же для меня подарок судьбы. Если я паршивого полицмейстера разоблачу, я же всем своим злопыхателям рты позатыкаю! Вы для меня — как ангел с доброй вестью.

За неспешным разговором, больше уже не прикасаясь к картам, а только попивая шампанское, они провели остаток вечера и договорились, что в скором времени Кофтунов прибудет в Ново-Николаевск, а о прибытии своем известит через объявление в газете, чтобы соблюсти все в тайне.

И вот объявление появилось. Обозначало оно, что через три дня Кофтунов будет находиться в Центральных номерах по улице Асинкритовской и будет ждать Николая Ивановича после обеда.