Конкурс убийц

Указывать на то, что Полонский имел возможность убить Сифона, а товарищ полковник пытается выгородить убийцу по непонятным причинам, Витя не стал, но похоже, на это ушли последние запасы его выдержки. Спасибо и на том, у Виктора Степановича теперь своих хлопот полон рот.

Когда такси Гурова остановилось у управления, он понял, что опоздал дважды. В восемь утра на парковке уже не было места. Да и вокруг во дворах парковочных мест было немного. На допрос художник прибыл, ни от кого не прячась, на своей шоколадной «Вольво». Автомобиль в окружении бело-синих служебных машин и дворняжек розлива отечественного автопрома выглядел, как покрытая золотом и омытая слезами поклонниц карета принца, взятого в плен варварами. Гуров криво усмехнулся, расписываясь на проходной. Полонский наверняка знал, как раздражает всех здесь своей внешностью, своими манерами и лоском звезды. Мог он вести себя скромнее, прибыть в одной из машин сопровождения? Мог. Не захотел. Потому что знал, что стоит своей славы, и каждый стежок в кожаном салоне, каждый винтик под капотом своего умопомрачительного транспортного средства — заработал. Фотографы и репортеры расселись в тени под деревьями, заняли все скамьи вокруг здания управления. В том, что проход Аджея от машины до полированных деревянных дверей с полустертыми буквами был запечатлен на цифровые камеры пошагово, сомневаться не приходилось. А ведь после допроса ему отсюда еще и выходить…

Даже после того, как Гуров несколько часов проторчал у допросной, не имея возможности ни присутствовать, ни влиять на происходящее, он не вспомнил, когда в последний раз чувствовал себя настолько не у дел. Это раздражало и злило. Как и то, что Мохов не отвечал на звонки и сам никаких попыток связаться не делал. Свои же права на информированность Гуров утратил вчера. Обменял их на возможность обыскать «Баржу». Результатом был доволен, но для контроля над ситуацией этого было мало. Незнакомая девушка в гражданском предложила ему кофе, пока он ждет. Гуров успел сделать пару глотков, когда скрипнула дверь, и в гулком коридоре появился Мохов. Увидев Гурова, капитан стиснул челюсти и, решив, что заключенной вчера сделки вполне хватит для того, чтобы назойливого заезжего полковника игнорировать, попытался пройти мимо. Гуров окликнул его, догнав и тактично тронув за рукав. В единственном на весь коридор окне, к которому можно подобраться только с пожарной лестницы, вспыхнула белым вспышка камеры."

"— Наташа, опустите жалюзи, — сквозь зубы процедил Мохов, и приветливая девушка, умевшая растворять в одноразовом стаканчике такой вкусный кофе, забыв о Гурове, бросилась выполнять распоряжение. — Полковник, доброго дня.