Конкурс убийц

— Они меня так заговорили, эти детективщики, что я только и думал, как от них избавиться. Ничего путного. Сами они приехали из Коломны и говорили только о том, каким замечательным был Евгений Петрович и как его доставал этот вредный Слепаков. Может, мы все-таки зря не рассматриваем эту версию? Кто знает, иногда и опереточные злодеи становятся кошмаром наяву."

"— Может, и зря, — задумчиво согласился Гуров, но потом сам же себя и опроверг: — И все-таки — нет. Слишком уж убийство было хладнокровно и дерзко проделано. Явно заранее спланировано. Раннее утро, все еще спят… Да и зачем Слепакову было так подставлять себя после ссоры, которую могли слышать посторонние? Тогда он должен был заранее знать, что Ольги в номере нет. И не ему ли знать, какая слышимость в отеле — приходить в номер и стрелять, зная, что могут услышать выстрел. — Гуров пожал плечами. — И ведь что интересно, никто из соседнего номера выстрела отчего-то не слышал. Наверняка был использован глушитель. Плохо жить в конце коридора, когда соседи только с одной стороны, — вздохнул Лев Иванович.

— Ты не прав, — не согласился с ним Станислав. — Плохо жить в середине коридора и иметь соседей с двух сторон. Да еще если эти соседи — писатели. Мы с Натальей в этом убедились на собственном опыте. До половины ночи нам с одной стороны за стенкой читали отрывки из своих произведений. Надо сказать, малоперевариваемых. А с другой стороны наши соседи играли в карты, в «балду». Причем задания проигравшему давались самые дикие и совсем не тихие, — покачал он головой, вспоминая прошедшую ночь.

— Ничто человеческое… — только и успел сказать Лев Иванович, как в номер вплыла Реус.

— Вот, — с многозначительным видом положила она на стол тетрадный листок. — Я выписала все имена и телефоны.

Лев Иванович внимательно просмотрел коротенький список.

— Всего трое? — удивился он.

— Да. Я ведь говорила, что Кирьяновы вели замкнутый образ жизни. Имеется в виду, что работу они четко отделяли от семьи. Но на все писательские тусовки они всегда ходили вместе.

— Кстати, Ирина Яковлевна, — обратился к ней Крячко. — Вы не подскажете, кем работает Ольга Михайловна? Ведь не на писательский же гонорар жили Кирьяновы.

— Нет, конечно. Нынче на одном писательстве с голоду помереть можно, — усмехнулась Реус. — Евгений Петрович писал статьи в «Литературную газету» и в другие издания. Его охотно печатали. А Оленька… У Ольги Михайловны — свое издательство. Она неплохо зарабатывает, печатая ту лабуду, которую ей предлагают нынешние, так называемые молодые, авторы. У нас ведь сегодня ничего бесплатного нет, сами понимаете — рынок.

Реус ушла, пообещав, что постарается сделать так, чтобы никто больше не мешал Гурову и Крячко.