Копья и пулеметы

Каннинг писал королеве: «За рубежом распространились настроения жестокости, мстительности, причем даже среди тех людей, которые по долгу службы должны подавать хороший пример. Трудно смотреть на все это без горького чувства стыда за некоторых наших соотечественников. Не найти даже одного человека из десяти, который бы сказал, что постоянные казни и расстрелы сорока или пятидесяти тысяч человек могут быть преступлением, а не правомерным действием против мятежников».

Правда, ни войскам Ост-Индской компании, ни тем более присланным из метрополии он был не командир.

Так что по-прежнему горели деревни, сплошь и рядом с запертыми в домах жителями, грохотали пушки «дьявольского ветра». После взятия Каанпура бригадный генерал Нил заставил пленных слизывать кровь своих жертв с городских стен…

Каннинг все же издал резолюцию, согласно которой взятые в плен сипаи должны были наказываться не скопом, а за конкретную вину. И сорвал планы английских церковников по массовому (насильственному, как легко понять) обращению индуистов в христианство. А планы были грандиозные: самые фанатичные проповедники даже собирались ликвидировать индуизм полностью.

Еще в 1857 г. баптистский священник Сперджен, выступая в Лондоне перед двадцатитысячной толпой, неистовствовал: «Религия индийцев – это не более чем масса крайних непристойностей, которые только можно вообразить. Божества, которым они поклоняются, не имеют права даже на крупицу уважения. Их вероисповедание требует всего, что является порочным, и мораль требует прекратить это».

Ему вторило Лондонское миссионерское общество, заявившее: «Идолопоклонство (т. е. индуизм.

 – А.Б.) и мусульманство вкупе с принципами и духом Магомета выказали свой истинный характер, который можно понимать только так, что он достоин лишь страха и ненависти»."

"Здесь налицо шулерская подмена: причиной восстания и его кровавых эксцессов выставлялись индуизм с мусульманством, а не столетние зверства англичан в Индии. Это были не просто слова: в Индию планировалось направить крупный десант миссионеров (несомненно, действовавших бы под прикрытием солдат), и для этого уже было собрано 12 000 фунтов стерлингов пожертвований.

Каннинг в письмах к королеве протестовал и против этого. У него хватило власти отклонить поданную ему английской «общественностью» в Калькутте петицию, требовавшую введения в Индии военного положения – что сделало бы террор вовсе уж лютым и «законным». Тогда «общественность» дала ему ироническое прозвище «милосердный Каннинг» и направила уже королеве новую петицию, требуя уволить Каннинга, чей совершенно неуместный гуманизм непригоден для обуздания мятежников.

Королева эту петицию отклонила.