Копья и пулеметы

Он и оказался тем самым самородком, из которых жизнь выковывает твердых и решительных народных вожаков."

"Человек был безусловно незаурядный: после долгого и тяжелого рабочего дня у одного из местных зажиточных фермеров упрямо занимался самообразованием – долгими вечерами учился читать и писать, на скудные доходы приобретал книги, в основном религиозные, считался в округе хорошим оратором и даже получил от своей церкви разрешение проповедовать. (Лавлесс принадлежал к методистам, а это религиозное течение придает большое значение добропорядочному образу жизни и поведения и, главное, в отличие от кальвинистов, считает каждого человека единственной и неповторимой личностью, строящей свою судьбу не вынесенным заранее «божественным предопределением, а своими делами на благо общества.)

К 1832 г. в большинстве сельскохозяйственных графств Англии батраки уже добились платы в 10 шиллингов в неделю. А вот в захолустном Дорсете недельная плата составляла лишь 8 шиллингов. Прожить при этом можно было только на хлебе, овсяной каше, бобах, самодельном сыре и репе. О мясе и речи не шло – даже картофель считался деликатесом.

И Лавлесс решил действовать. Организовал встречу батраков с местными фермерами, которые дали обещание повысить недельную плату до 10 шиллингов, как в остальных графствах. Батраки, зная своих хозяев, всерьез засомневались, что это обещание будет выполнено. Их успокоил местный викарий доктор Уоррен, Божьим именем обещавший, что лично проследит за выполнением обещания. Ну как тут не поверить слуге Божьему? Батраки успокоились и разошлись.

Однако время шло, а повышения платы деревенские так и не дождались. Лавлесс (сторонник исключительно мирных методов борьбы за свои права) повел жителей к местному мировому судье – попросить совета, как в этой ситуации поступить. Судья предложил провести встречу обеих сторон за семь миль от деревни, в магистрате Дорчестера, под руководством тамошнего мирового судьи Фрэмптона. Толлпадлцы во главе с Лавлессом туда законопослушно явились. Однако прием их там ждал нерадостный, прямо-таки враждебный. Фремптон заявил открытым текстом: во-первых, магистраты больше не занимаются регулированием заработной платы, во-вторых, нет такого закона, который бы обязывал фермеров платить больше, чем они считают необходимым, в-третьих, работники должны безропотно довольствоваться тем, что им платят.

Не желавший сдаваться Лавлесс заявил: собственно говоря, речь идет не о требовании повысить плату, а о выполнении фермерами обещания это сделать, данного в присутствии викария Уоррена, здесь же присутствующего. На что и фермеры, и доктор с честнейшими глазами заявили: не было такого разговора и обещаний таких никто не давал.