Королева блогосферы

Правильно говорят, черного кобеля не отмоешь добела. Тюрьма еще никого лучше не делала.

Отчего-то Кире вдруг захотелось вступиться за бедового Непряхина:

– Мама, ты же знаешь, он всю жизнь старался делать то, что считал лучшим для меня. Даже когда я еще девчонкой была. И работу тебе давал, и конфетами все время угощал. Это ведь именно Коля дал мне первые деньги, чтобы бизнес начать. И квартиру мне снимал, пока я свою не купила. Любил он меня. Всю жизнь.

– Так любил, что изнасиловать пытался. Разве ж это любовь?!

– Любовь разная, мама. И умение властвовать собой тоже. Не удержал он тогда себя в руках. А я тоже хороша, не забрала заявление, как Мила просила, отправила Николая в тюрьму. А все потому, что простить не смогла. А это же грех – не уметь прощать. Если бы я тогда простила, то и он бы сейчас в порядке был, да и Мила бы жива осталась. Не кинулась бы она мне мстить за потерянный бизнес и за разрушенную Колькину жизнь. Потому что она любила его так же сильно, как он меня. Такое вот несовпадение.

– Да что уж теперь говорить. Дело сделано. Колесо судьбы повернуто, – вздохнула мама. – И ты свою чашу до дна пить будешь, Кирочка. И никто заранее не скажет, насколько она горькая. Но я вот чего тебе сказать-то хочу. Я сегодня утром письмо от Николая нашла.

– Да ты что? – вздохнула, как всхлипнула, Кира. – Как? Где?"

"– В почтовом ящике. Спустилась посмотреть, нет ли квитанций на оплату коммуналки, и нашла. Лежит конверт, подписан: «Кире от Николая».

– И что там? Внутри?

– Дочка, так я ж не открывала. Некрасиво это – чужие письма читать. Может, мне тебе его переслать как-нибудь?

– Как? Голубиной почтой? – нетерпеливо спросила Кира. – Мама, вскрой письмо и читай вслух. Надо же понимать, что именно он мне написал. Вдруг это важно для следствия?

– Ох, Кира, какого еще следствия, – запричитал мамин голос в трубке, – не хватало тебе еще в это вляпаться. Своих проблем мало, что ли? Вот ведь старая я курица, надо было уничтожить это письмо и вообще ничего тебе не говорить.

В голове у Киры мелькнула мысль, что, пожалуй, так было бы действительно лучше, но она тут же усилием воли прогнала ее прочь. Никогда Кира Плиновская не пряталась, да и сейчас незачем. Если Николай Непряхин, перед тем как совершить убийство, решил написать ей первое в своей жизни письмо, значит, его нужно прочитать. Вот и весь сказ. Маме она так и объяснила.

Вздохнув так, словно жизнь кончалась прямо сейчас, та разорвала конверт, пошелестела в телефон листом бумаги и начала читать:

«Дорогая моя Кира.

Наверное, я не имею права так к тебе обращаться после всего того горя, которое тебе причинил. Да и слово это нисколько не описывает того, что я к тебе испытываю. Какая же ты дорогая? Даже малой толики того, что ты заслуживаешь, не смог я дать тебе в этой жизни.